Последний советский воин

Фото Валерия Гунькова

Так говорит о себе председатель Союза писателей России Николай Иванов, начавший трудовую биографию со службы кадровым офицером в Псковской и затем Каунасской дивизии ВДВ.

В 1991 году Николай Фёдорович был назначен главным редактором журнала «Советский воин», а через год министр обороны России Павел Грачёв издал приказ переименовать издание на «Честь имею». Николай Фёдорович стал последним редактором «Советского воина». В новом издании ему пришлось поработать недолго: в октябре 1993 года он отказался печатать материалы в поддержку обстрела Белого дома и был снят с редакторства «за низкие моральные качества» и уволен в звании подполковника из Вооружённых сил. На днях Николай Фёдорович по приглашению Оренбургского отделения Союза писателей России во второй раз побывал в Оренбурге, где принял участие во Всероссийском конкурсе литературного творчества инвалидов «СТИХиЯ Пегаса». Человек, чья судьба могла бы лечь в сюжетную основу не одного приключенческого романа, повёл рассказ в интервью о времени, не только о себе.

Николай Фёдорович, в какой момент вы понимаете, что готовы засесть за новый роман, что главное для вас в период сбора материала?

– Способность понять описываемое событие и узнать его подоплёку. Я задумал книгу об Афганистане и стал собирать материал не о том, как мы ввели войска туда, а почему. Долго пробивался к маршалу Вахромееву со своими вопросами. И однажды вечером получил приглашение 1 мая прибыть к нему. При встрече он на меня так скептически посмотрел и засомневался: «Майор, тебе сколько лет?» Мне тогда было 35. Он снова, полувозмущённо: «Что ты со своего возраста можешь понять о времени, в котором мы жили? Что ты можешь понять о переплетении политическом, что тогда творилось в мире?» «Товарищ маршал, я не знаю, пойму или нет, но я хочу понять. Поэтому к вам пришёл, чтобы от первоисточника всё узнать, расскажите, пожалуйста», – убеждаю его я. Нужно доходить до истоков. Находить для своего произведения отправные точки, посылы. Работая над очередным романом, я поехал в Беловежскую Пущу, разбирался там, как всё происходило, всегда важно закулисье. В первую очередь я нашёл егерей, которые водили на охоту Ельцина, Шушкевича и Кравчука, истопников, которые топили им баньку. Встретился с директором заповедника и, самое главное, нашёл женщину, которая печатала договор о распаде СССР. Три дня я уговаривал её, чтоб встретилась. И вот эта Елена Андреевна Потинчук рассказала, как печатали договор, как ставили фамилию Назарбаева, потому как должно было быть четыре подписи. Я поинтересовался, какая была машинка. А Елена Андреевна улыбается: «Так вон она стоит. Я, когда увольнялась, списала её. Так в библиотеке и пылится». Историческая реликвия, на которой поставлена последняя точка в судьбе Советского Союза! Думал обратиться к Лукашенко, но понял, что не отдадут, спохватятся. Пошёл к материально ответственному лицу в бухгалтерию: «У вас там списанная машинка, я хочу её купить. Я собираю машинки». Женщина за небольшие деньги отдала мне её, она тяжёлая – «Оптима», 32 килограмма весом. Я схватил её, запаковал и партизанскими тропами вывез в Москву. А через полгода ко мне нагрянули гости из Белоруссии. «Мы отдаём уважение вашей журналистской хватке, – начали они, – но верните машинку обратно. Эта историческая ценность должна занять своё место». Я им возражаю: машинка принадлежит всему советскому народу. Она была списана и её рано или поздно выбросили бы. Я сдал её в секретный закрытый музей КГБ. А машинка стояла в это время на балконе. Такая вот у меня теперь имеется реликвия. И вторая реликвия – знамя роты Почётного караула Советского Союза. Хотели выбросить нелюбознательные люди, я успел его спасти. 28 августа 90 лет Николаю Ивановичу Рыжкову, он был последним премьер-министром СССР, пригласил меня на день рождения, и я его ему подарю.

– Что вам кажется ценнее всего в литературном произведении?

– Деталь прежде всего, её никогда не придумаешь. Вспоминаю случай в Восточной Украине. Это было ещё до 2014 года. Старик, которого «правый сектор» выгоняет из собственного дома, сидит и плачет. Руководитель Российского общества Раиса Фёдоровна его успокаивает, а он, от волнения весь в слезах, обращается к ней: «Россия Фёдоровна, помоги!» Такое разве придумаешь? Подобные детали совершенно по-другому заставляют смотреть на мир. Вспоминается случай в Афганистане. Сидим, разговариваем с вертолётчиком, вдруг звонок: по рации сообщили, что серьёзно ранили его друга. Вертолётчики тут же поднимают машины. Забирают раненого вместе с врачом и летят обратно. Врач в середине пути понимает, что нужно немедленно делать операцию – иначе раненый не выживет. В ночи в горах видно великолепно, их могут подбить в любой момент. Вертолётчик поднимается, насколько можно, и зависает, но, самое главное, сопровождающий вертолёт встаёт под ним и принимает на себя всю атаку. Пятьдесят попаданий потом насчитали в корпусе машины. Где ещё подсмотришь такую способность пожертвовать собой ради товарищей!

– А чем стала для вас чеченская эпопея?

– Туда я поехал за книгой, был замысел написать о спецназе, но меня захватили. Можно представить мой каземат – яма:  12 расчёсок в ширину и  27 расчёсок в длину. Стоишь на коленях и более никак не удаётся двигаться. К тебе ползут змеи, если ночью не поймаешь  20 – 40 мышей, они тебя сами загрызут. Всякое было. Поднимают наверх с мешком на голове: «Слушай, полковник, если тебя не выкупят, в ноябре расстреляем». Я улыбнулся. А они: «Чего улыбаешься?» «Название для книги, – говорю, – хорошее: «Расстрелять в ноябре». У меня тогда зуб болел, я долго маялся. Таблеток в горах нет, я попросил: «Дайте хоть кусок сала». Помню, раньше деревенское солёное сало прикладывали на больное место. И получаю сильнейший удар, не подумал, что у мусульманина прошу сало. Представьте, как я его оскорбил. «Мы можем удалить зуб только прикладом автомата». Я вежливо отказался и попросил плоскогубцы, это всё-таки не так больно. Когда меня вытащили из плена оперативники, я написал книгу, но не ту, за которой ехал. Через три месяца ночью позвонили, я вскочил и взял трубку: «Полковник Иванов?» – «Да». – «Это боксёр. Помните такого?» – «Помню, ты хотел отрезать мне уши». – «Да, это я. Прочитал вашу книгу и хочу извиниться перед вами и вашей семьёй за те тяготы, которые мы причинили вам. Мы думали, если вы останетесь живым, напишете роман, будете размазывать нас, чеченцев, выставлять себя героем. Всё написано честно, и мы вас уважаем». Это важно – быть честным в своих произведениях. Потому что если этот боксёр больше никому не отрежет уши, если он отойдёт от своего дела, значит, не зря мы потрудились.

– Вы говорили о честности в работе над словом, о большой подготовительной работе, далеко не у всех пишущих сегодня такой подход.

– Да, можно открыть Интернет – Стихи.ру, там все великие, у каждого тысяча лайков. Эти лайки сгубят поэзию. Все, кто там выставляется, думают, что эти похвалы подтверждают уровень написания, значит, они великие. Нужны редакторы, которые вам помогут и подскажут. Иван Стаднюк однажды, когда был ещё капитаном, пришёл в журнал «Советский воин», тогда редактором отдела литературы был писатель Михаил Алексеев. Стаднюк принёс огромный роман на 400 страниц. Алексеев после прочтения сказал ему: «Ваня, 300 страниц выкидывай, оставляй только кусочек, назови маленькую повесть «Максим Перепелица», и это будет удача. Тот согласился, сократил роман и оставил одного героя – Максима Перепелицу и с ним вошёл в литературу. Вот что значит попасть к талантливому редактору.

– Сейчас бы «Максима Перепелицу» вряд ли взяли в каком издательстве.

– Книги теперь издаются сериями. Три года назад в издательстве «Эксмо» я спросил, какая самая продаваемая. И, не поверите, самой тиражной была «Очищение желудка». Вот мы дожили до чего, так воспитали читателя, что он ушёл в себя. Ему интересна физиология, а не душевное. И когда издатели сейчас плачутся, что малые тиражи, так это вы виноваты, вы хотели быстрых денег. Чтобы в течение полутора месяцев продать и получить доход.

– Николай Фёдорович, чем живёт сегодня Союз писателей России?

– У нас 91 организация по всей стране, несмотря на тяжёлые времена, ни одна не распалась. За последние 25 лет наш Союз не получил ни копейки помощи от правительства. Мы остаёмся патриотами России. Все наши талантливые писатели похоронены в родной земле, никто не убежал за границу. Когда отмечали 60 лет Союзу писателей России, поехали в Мичуринск, попросили саженцы и отправились на родину Михаила Шолохова. Там заложили сад писателей России из 60 яблонь. Для нас очень важно, какие мы в нашем творчестве, стараемся сохранить высокое звание писателя.

Николай Иванов, председатель Союза писателей России: «Писатель должен уважать своего читателя, это непрерывный закон нашего творчества. Не только себя уважать. Читателя не волнует, как мы добывали материал, это вторично и даже третично. Поэтому работа над сюжетом, над героем, центральной линией должна быть очень кропотливой, поскольку это всё необходимо людям»

Николай Иванов в феврале 2018 года на XV съезде Союза писателей России избран председателем правления Союза.  Окончил Московское суворовское военное училище и факультет журналистики Высшего военно-политического училища. Служил в Витебской (Кабульской) ВДД, совершил 60 прыжков с парашютом. Участвовал в более чем десяти боевых операциях. После службы в Афганистане  не раз летал туда как военный корреспондент. В качестве журналиста и писателя бывал в Чечне, Цхинвале, Крыму,  на Донбассе, в Сирии. Среди его произведений «Афганский шторм», «Чёрные береты», «Вход в плен бесплатный», «Расстрелять  в ноябре», «Московский излом».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: