Знать о войне, чтобы не воевать

Президентское кадетское училище, открытое в Оренбурге в 2010 году, стало первым учреждением подобного типа в стране. Сегодня здесь учатся 840 кадет из разных регионов – от Калининграда до Владивостока. Многие педагоги носят воинские звания, имеют богатый армейский опыт. Ряд преподавателей оренбургской «кадетки» награждены орденами и медалями за военные заслуги.

Горячий опыт

Начальник 1-го учебного курса майор запаса Валерий Красильников медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени и орден Мужества получил за поддержание конституционного порядка в Чеченской Республике.

В общей сложности в двух служебных командировках в Грозном боец оренбургского ОМОНа провёл 105 дней. Было это в первую чеченскую войну.

– Нас наградили за то, что выполнили долг до конца, не сбежали, никого не предали. Хотя, честно признаюсь, обидно за других. Мой друг майор Александр Чашкин подорвался на фугасе во вторую чеченскую. Ему, как и мне, дали орден Мужества, только посмертно. Он действительно настоящий герой, – отмахивается Валерий Александрович.

Конечно, майор Красильников скромничает: все, кто служил на Северном Кавказе, – настоящие герои. И пусть омоновцы шли вслед за военными, всё равно ответственность на их плечах лежала немалая. Нужно было охранять общественный порядок, выявлять бандформирования, пресекать незаконный оборот оружия. И всё это в разрушенном городе, где ружья и автоматы были у каждого второго.

– Днём он обычный инженер, а ночью – боевик. В уличные бои террористы не вступали, обстреливали наши блокпосты из подворотен, из окон домов. Стреляли даже из канализационных люков! Боевики хорошо освоили все подземные коммуникации: вынырнут из люка, обстреляют из гранатомёта под прикрытием автоматчиков и обратно. Если стреляют из мелкокалиберной винтовки, то вообще не усечёшь: вспышки нет, а пулей убить может. У нас были гранатомёты, отстреливались, – поясняет боец.

Чеченской милиции тогда как таковой не было: одни правоохранители ушли в горы к террористам, другие же сорвали с себя погоны и молча отсиживались. Оренбургские милиционеры вместе с коллегами из Иваново четырьмя блокпостами охраняли дом правительства, а также проводили зачистки территории: обследовали подвалы, сараи, полуразрушенные дома, где могли прятаться боевики.

– Местные жители к нам относились по-разному. Для одних национальным героем был Басаев – они готовы были биться с русскими до конца. Другие же желали скорейшего завершения войны, в основном пенсионеры, владельцы магазинов, которые постоянно грабили мародёры, – продолжает Валерий Красильников.

В шесть вечера в Грозном наступал комендантский час. Ходить по улицам было опасно: военнослужащие имели право открывать огонь без предупреждения по всем движущимся целям, не разбирая, боевик это или мирный житель. Горожане свет в квартирах не зажигали: можно было запросто получить в окно пулю от снайпера – они реагировали на любой источник света. Все относились к этому с пониманием: военное время диктует свои законы.

Всего в группе оренбургских омоновцев было 50 человек. Жили в подвале, питались сухпайками. Водопровод в Грозном был взорван, питьевой воды не хватало.

Каждому бойцу выдавали воду в банке из-под сгущёнки – это на весь день.

– Сложности сплачивали нас. В ОМОНе и СОБРе есть принцип: один за всех и все за одного. Если кто-то совершал подлость, бойцы сами его воспитывали, для этого даже не требовалось указания командира, – железным голосом говорит Красильников. – А вообще, ехали в Чечню охотно в основном холостяки, умоляли командира записать их в первую, вторую, третью командировку. Те, кто имел жену и детей, побаивались рисковать жизнью. Но разговор у командира был короткий: раз-другой не поехал – переводись из омоновцев в охранники.

Каждую неделю в Чечню звонил командир оренбургского ОМОНа, интересовался, все ли живы-здоровы. Обязательно отправлял посыльных по квартирам к жёнам и детям, чтобы сообщили добрую новость – с вашим бойцом всё хорошо.

– Нашего командира Валерия Александровича Лушникова мы, здоровенные мужики, звали папой, его жену, Галину Васильевну, – мамой. Они были нам как родители. Оставляли им список жён, детей, в случае чего просили помочь, – вспоминает Валерий Александрович. – Бывало, что самолёт военно-транспортной авиации приземлялся в два, а то и в три часа ночи – они не спали, ждали нас в своём доме в Оренбурге. «Мама» всегда готовила пирожные. 50 штук, по количеству уехавших. Придём, опустошим поднос, значит, все живы…

Красильников не сразу нашёл себя на гражданке. Он, выпускник оренбургской «зенитки», офицер, служивший в горячей точке, после выхода на пенсию 6 лет торговал на рынке автозапчастями, потом работал охранником, бригадиром по ремонту вагонов на железной дороге.

В 2013 году знакомые зенитчики позвали его в президентскую «кадетку». Сказали – попробуешь поработать: справишься – оставят. Сначала Валерия Александровича поставили ночным воспитателем. Он контролировал, чтобы все соблюдали режим, не бродили по коридорам. Затем стал дневным воспитателем – проверял выполнение уроков.

Сейчас Красильников – начальник курса. Он выпустил первый набор кадет – 74 человека, на тот выпуск приезжал министр обороны РФ Сергей Шойгу.

В 2021-м у Красильникова был второй выпуск, и сейчас он принял третий набор кадет.

– Да, я служил в горячей точке, но этим не козыряю. Дети и так всё видят. На построении 1 сентября подходит ко мне пятиклассник и говорит, разглядывая мои награды: «Это у вас орден Мужества, выбыли в Чечне, а это…» Я его спрашиваю: «А откуда ты всё это знаешь?» – «В Интернете прочитал, да и мой папа в СОБРе работал, про вас рассказывал», – улыбается Валерий Красильников. – У меня на курсе шесть взводов по 20 человек – всего 120 кадет. Научить их военной дисциплине – вот моя главная задача.

Держать порох сухим

Кадет Максим Киндеев с детства хотел связать жизнь с армией. По-другому быть не могло, ведь он продолжатель военной династии. Прапрадед по материнской линии – участник легендарного танкового сражения под Прохоровкой, погиб в бою под Курском.

Прабабушка служила в пехоте, дошла до Берлина. Умерла она 4 года назад, так что успела рассказать Максиму страшные и героические истории. Отец кадета, Сергей Николаевич, в декабре вышел в отставку в звании полковника, старший брат Дмитрий служит в Барнауле.

– У меня даже мать, Наталья Ивановна, военнослужащая, – с гордостью говорит Максим. – По образованию она филолог, некоторое время работала в школе. Но наша семья постоянно переезжала из-за службы отца. Жили в Ульяновске, Чапаевске, Санкт-Петербурге и даже в провинции в Германии! Так мама, находясь в окружении военных, в 35 лет подписала контракт, сейчас в звании прапорщика служит в воинской части Оренбурга.

До 5-го класса Максим был обычным школьником – учился в 76-й школе Оренбурга. Когда отец предложил ему перейти в кадетское училище, отпираться не стал, потому что мечтал носить погоны. Пройти вступительные испытания было непросто. Первые месяцы, до принятия присяги, на выходные ещё можно было уезжать домой, но потом всё изменилось.

– Конечно, адаптироваться к жизни в закрытом пространстве нелегко. Ты уже не можешь свободно ходить по улицам, гулять с друзьями. Тут всё как в армии: военные сборы, марш-броски, парады, комната в общежитии, – поясняет кадет. – Ещё сложно бывает «снять корону». Когда поступаешь сюда, считаешь, что ты круче всех остальных. Потом понимаешь, что над тобой есть командиры, ты обязан выполнять их приказы, уметь подчиняться.

Дни у кадет насыщенные. Подъём в 6:50, затем утренняя зарядка, завтрак, с 8 часов уроки. На выпускном курсе занятия длятся до 17 часов с перерывом на обед. После ужина кадеты отдыхают, занимаются в тренажёрном зале, посещают бассейн – всё на территории училища. Отбой в 22 часа.

– Здесь мы все как одна семья. Ситуации бывают разные, всегда выручаем друг друга: пришить курсовку, воротничок, объяснить что-то по урокам. Отец учил меня не сторониться других, не проходить мимо чужой беды, ведь всё возвращается бумерангом, – рассуждает Максим.

В этом году кадет Киндеев заканчивает 8-й курс, что соответствует 11-му классу обычной школы. Ему хорошо даются иностранные языки, поэтому поступать планирует на переводческий факультет военного университета Минобороны в Москве, чтобы в будущем стать дипломатом.

Воспитанникам «кадетки» преподаватели, прошедшие через Афган и Чечню, часто рассказывают о войне, для того чтобы кадеты научились использовать армейские навыки в мирных целях. Все понимают: чтобы избежать кровопролития, лучше вовремя сесть за стол переговоров. Но всё равно начеку нужно быть всегда, держать порох сухим, как говорят в армии.

Фото Валерия ГУНЬКОВА

  • Подпишитесь на нашу рассылку и получайте самые интересные новости недели

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    Scroll to top