fbpx

Шагреневая кожа, или Урал, который мы теряем

Фото Валерия Гунькова

Отсутствие весеннего паводка в этом году не на шутку встревожило оренбуржцев. Жители посёлка Аккермановка под Новотроицком жалуются, что из колодцев стала уходить вода. Ириклинское водохранилище уменьшило сброс вдвое против обычного, потому что весной недобрали воды более полутора метров.

Наши реки напоминают шагреневую кожу из одноимённого романа Бальзака: выполняя желания человека, обеспечивая его всем необходимым, они сжимаются, мельчают на глазах…

Молчание степи

– Я не профессиональный эко­лог, просто очень люблю природу и много лет веду наблюдения, – гово­рит местный блогер Ольга Шейдт. – Река не водопровод, количество воды в ней не может быть одина­ковым. У неё есть свои жизненные циклы, которые человек своей хо­зяйственной деятельностью про­сто разрушил. Здесь забрал воду, там перегородил. В итоге именно малые реки, питающие Урал, боль­ше всего страдают от перегрузки. Мы сами уничтожили половодье, которое было необходимо реке для самоочищения. То, что в этом году будет необычайная засуха, было понятно ещё весной: степь молчала, словно неживая, хотя обычно она наполнена журчанием потоков талой воды.

Бытует мнение, что в мало­водье виновны водохранилища и плотины. Председатель коми­тета по собственности, приро­допользованию и строительству Законодательного собрания Оренбургской области, руково­дитель секции по без опасности гидротехнических сооружений Уральского бассейнового совета Аркадий Швецов 16 лет прора­ботал в структуре Федерального агентства водных ресурсов, до апреля этого года возглавлял ФГБУ «Управление эксплуатации Ириклинского водохранилища». По его словам, водохранилище влияет только на 10 процентов бассейна реки Урал.

– В половодье оно набирает воду, а в межень добавляет в сток Урала определённый объём. Се­годня приход в водохранилище составляет 6 – 8 кубометров воды в секунду, сброс – 15 кубометров. Это так называемый санитарный сброс – тот минимум, ниже кото­рого нельзя опуститься. В прошлом году в этот период мы сбрасывали где-то 40 – 60 кубометров в секун­ду. Сейчас такой возможности нет, потому что паводок был действи­тельно крайне неблагоприятный. До нормального уровня не хватало 2,5 метра воды. Весной прибави­лось лишь 30 – 40 сантиметров, которых уже давно нет, – говорит Аркадий Владимирович.

Он называет ситуацию с па­водком в этом году уникальной. Такого не было 50 лет, а стати­стика ведётся на протяжении чуть больше 60 лет. Виноваты во всём, по его мнению, климатические условия. Хотя снега было много, большая вода не пришла, потому что земля не сильно промёрзла, быстро оттаяла и впитала влагу, как губка. Свою роль сыграл и характер весны. Днём было тепло, вечером холодно, ночью наступа­ли заморозки.

– Помните, раньше зимой вешали на улице бельё сушить? И оно сохло на морозе, хотя, ка­залось бы, должно было просто замерзать, а потом оттаивать. Так и с поверхности почвы влага вымерзла в большом количестве.

Где ты, большая вода?

– По данным сравнительного анализа средних многолетних показателей уровня воды, за по­следние 30 лет уровень Урала в районе Оренбурга снизился на 66 сантиметров, в районе Илека – на 40. В районе посёлка Берёзовского и Орска наблюдается его незначительное повышение, – го­ворит эколог, аналитик Института водных проблем Российской ака­демии наук Сергей Чирков. – По­вышение среднего многолетнего уровня воды в районе Берёзовского может быть связано с уве­личением объёмов сброса из Маг­нитогорского водохранилища, в районе Орска – из-за поступления воды от левобережных притоков Урала – рек Большой Кумак и Орь. Но в последние годы появилась другая очень тревожная тенден­ция – понижение максимальных уровней волны половодья. Так, в районе Орска средний показатель максимального уровня за послед­ние 12 лет составил 271 санти­метр, а в 1983 году был на уровне 630 сантиметров. В Оренбурге по отношению к 1983 году уровень волны половодья снизился на 400 сантиметров, в районе села Илек – на 306 сантиметров.

– Большое влияние на гидроло­гический режим Урала оказывают гидротехнические сооружения, пруды и водохранилища, – про­должает Сергей Александрович. – С одной стороны, для человека они полезны, поскольку позво­ляют не только стабилизировать хозяйственное водоснабжение, но и значительно снижать эко­номический ущерб от паводков и наводнений за счёт сглаживания весенней волны половодья. С дру­гой стороны, такое регулирование меняет гидрологический режим рек и может привести к самым неблагоприятным последствиям. Усугубляет ситуацию тот факт, что в нашей области существуют и бесхозные плотины.

– Например, в 2018 году со­трудниками прокуратуры Домба­ровского района было выявлено 9 плотин, не состоявших на учёте в районной администрации, – гово­рит Сергей Александрович. – Они представляют большую угрозу для близлежащих населённых пун­ктов. Ведь, согласитесь, если за плотину никто не отвечает, с ней может произойти всё что угодно.

Переливная плотина

– Наш речной сток зарегули­рован лишь на 5 процентов, 80 процентов воды паводком уходит в Каспий без использования в об­ласти, – говорит доктор географи­ческих наук, заведующий отделом Оренбургского научного центра УрО РАН Юрий Нестеренко. – Нам нужно брать пример с соседней Башкирии, где много небольших водохранилищ, которые во время половодья накапливают воду. Их можно строить вблизи перспектив­ных сёл, где есть движение, работа.

Любопытно, что весь объём башкирских водохранилищ по реке Сакмаре – всего лишь 1 сан­тиметр от нашего Ириклинского водохранилища.

Для исправления ситуации с обмелением Урала возле Орен­бурга Юрий Нестеренко предла­гает строительство переливной плотины. Сооружение поперёк реки высотой около 2 метров создаст что-то вроде порога или небольшого водопада и поднимет уровень воды. Аналогичную пло­тину учёный видел на реке Терек.

– Мою идею в Министерстве строительства, жилищно-комму­нального и дорожного хозяйства Оренбургской области восприня­ли благосклонно. Дело стало за поиском ресурсов на воплощение, – говорит Юрий Михайлович.

Похоже, у разных учёных раз­личные мнения насчёт спосо­бов борьбы с обмелением реки. Кто-то говорит, что надо строить сооружения, кто-то считает вме­шательство в природу вредным. Установлено: антропогенные факторы нарушают механизм самоочищения рек. Насколько он важен?

– Самоочищение рек – это способность речных вод восста­навливать экологическое рав­новесие, или, другими словами, «перерабатывать» загрязняющие вещества за счёт своих физи­ко-химических свойств, – гово­рит Сергей Чирков. Нарушен ли этот механизм в Оренбургской области, сказать сложно, но, ско­рее всего, на сегодняшний день превышение ассимиляционного потенциала может возникать в бассейнах малых рек и на участ­ках водосбора, расположенных в границах промышленных городов и крупных сельскохозяйственных районов.

Отвечают рублём

Любопытно, что предприятия, которые оказывают вредное воз­действие в связи с очисткой и сбро­сом сточных вод, проверяют себя силами собственных лабораторий.

– Мы обязательно обращаем внимание на проведение пред­приятиями производственного контроля, то есть следим за каче­ством сбрасываемых ими сточных вод, – говорит заместитель проку­рора Орской межрайонной приро­доохранной прокуратуры Алексей Бунковский. – В 2018 году к адми­нистративной ответственности привлечено 96 должностных и юридических лиц. Сумма нало­женных штрафов составила 2 051 тысячу рублей. В первом полуго­дии этого года к административ­ной ответственности привлечено 54 лица, общая сумма штрафов – 425 тысяч рублей.

В апреле-мае мы проверяли Орский механиче­ский завод, обнаружили недоста­точную очистку сбрасываемых в Елшанку вод. Двух должностных лиц – заместителя главного ин­женера завода и начальника цеха – привлекли к административной ответственности за нарушение требований к охране водных объ­ектов, которое может повлечь их загрязнение, засорение и (или) истощение, а также за нарушение правил охраны среды обитания водных биологических ресурсов. Они заплатили штрафы – по 5 тысяч рублей каждый, а по второй статье – по 50 тысяч рублей.

Также недавно мы проверяли МУП ЖКХ Гая, у них сбросы осуществляются в природный объект – реку Дунай­ку, которая впадает в реку Сухую Губерлю и является притоком третьего порядка реки Урал. Там тоже были обнаружены незначи­тельные превышения по железу, фосфатам, нитрат-анионам.

Уголовные дела в природоох­ранной прокуратуре – редкость. В прошлом году было всего одно в Медногорске, и то его возбуди­ли не в отношении конкретного лица, а по факту – по статье 251 «Загрязнение атмосферы». Вино­вных до сих пор не установили.

По мнению Сергея Чиркова, размеры штрафов за игнориро­вание водоохранного законода­тельства следовало бы увеличить.

– Чем выше будут штрафы, тем меньше будет желание игно­рировать установленные экологические нормы. На сегодняшний день максимальный штраф за загрязнение поверхностных и подземных вод, предусмотрен­ный Уголовным кодексом РФ, составляет всего лишь 80 ты­сяч рублей, – говорит Сергей Александрович. – На мой взгляд, современным и очень показатель­ным примером жёсткой позиции региональной и местной власти в борьбе с предприятиями, которые игнорируют природоохранное законодательство, является на­шумевшая история с нефтебазой в Переволоцком районе, когда врио губернатора Денис Паслер в рамках закона приостановил деятельность предприятия, от­равлявшего природную среду и здоровье людей. Посыл руково­дителя региона был правильно понят администрацией Орска. Не­давно городские власти совместно с прокуратурой приостановили деятельность свинокомплекса, долгие годы сильно загрязнявше­го атмосферный воздух в посёлке Новая Биофабрика.

В Оренбургской области мно­гие годы существует проблема превышения вредного воздей­ствия на поверхностные природ­ные воды Урала – сброс недоочи­щенных сточных вод промышлен­ными, сельскохозяйственными и коммунальными предприятиями, а также большой объём загряз­нённого поверхностного стока, поступающего с сельхозтеррито­рий, степень воздействия кото­рого очень тяжело определить. Сколько и какие малые реки в области на сегодняшний день прекратили своё существование под воздействием природных при­чин и антропогенного фактора, сказать сложно. Такую статистику никто не ведёт, но она нужна. Де­градация малых рек происходит из-за заиления, строительства гидротехнических сооружений, уничтожения водоохранных ле­сонасаждений.

– Главное направление в ре­шении проблемы обмеления рек было задано Правительством Рос­сии в виде Схем комплексного использования и охраны водных объектов (СКИОВО) для всех бас­сейнов России, – говорит эколог Сергей Чирков. – В нашем регионе этот документ был принят в 2009 году сроком на 10 лет. Схема содержит в себе большое количе­ство необходимых мероприятий, но, к сожалению, они в очень сла­бой степени были реализованы в Оренбуржье. Нам необходимо совершенствовать систему мо­ниторинга поверхностных вод бассейна реки Урал: оснастить гидрологические посты совре­менным и высокотехнологичным оборудованием, создать Единый центр обработки информации. Создание такого центра было предусмотрено в рамках СКИОВО. Он должен работать с применени­ем современных информацион­ных программ и математических моделей. В Институте водных проблем существует такая инфор­мационная программа. В 2012 году проводили её практическую апробацию на Урале. Программа показала хорошие результаты, по­могла установить те участки реки, где нарушена самоочищающая способность речных вод.

СКИОВО – это ключевой до­кумент, способный объединить вокруг себя весь политический и научный потенциал Оренбург­ской области и решить проблему обмеления Урала, считает эколог.

Итак, подведём итоги. В Орен­буржье проблемы Урала связаны не только с его маловодностью, но и с качеством воды, которое иногда страдает из-за деятельности промышленных предприятий и недостаточной работы очистных сооружений. Проводимый монито­ринг, по всей видимости, не всегда отражает реальное положение дел, раз учёные говорят о необходи­мости обновления оборудования.

Кроме того, у нас нет единого ин­формационного центра, который бы собирал и анализировал инфор­мацию со всей области. Документ СКИОВО, призванный остановить обмеление реки, в полной мере не работает. Недостаток водных ре­сурсов в Оренбургской области уже ощущается. В дальнейшем он мо­жет привести к росту социальной напряжённости и возникновению проблем с водоснабжением круп­ных и водоёмких промышленных предприятий. Дефицит водных ресурсов уже является ограничитель­ным фактором для экономического развития региона.

Река дружбы

Более 50 лет в Оренбургской области проводятся мероприя­тия для решения экологических проблем реки Урал.

В конце 1960-х годов в Орен­бургской области природоох­ранными организациями отме­чалось загрязнение реки Урал. Вода на участке между городами Орском и Оренбургом содержала вредные вещества, в десятки раз превышающие предельно допу­стимые санитарные нормы.

Проблемы загрязнения реки Урал рассматривались на все­союзном уровне. Несмотря на строительство 670 комплексов очистных сооружений, загряз­нение остаётся по-прежнему высоким. Наиболее сильно река загрязнена в среднем и нижнем течении в районе городов Орен­бурга и Уральска.

В решении проблем приро­допользования Межреспубли­канский комитет по охране, рациональному использованию и воспроизводству природных ресурсов бассейна реки Урал применял комплексный подход. Наиболее актуальными счита­лись вопросы, связанные с эко­номией водных ресурсов, так как запасы воды были ограничены.

В 1977 году была организована первая водная экспедиция по реке Урал от Оренбурга до устья. С 1980 по 1986 год под руководством учёного Александра Чибилёва экспедиции по Уралу становятся регулярными: весенние (апрель- май), летние (июль-август), осен­ние (октябрь-ноябрь).

По инициативе учёных и краеведов Западно-Казахстанской области при поддержке акимата Уральска с 1997 года осуществля­ется серия эколого-краеведческих экспедиций под названием «По следам Валериана Правдухина», которая проходила по терри­тории Западно-Казахстанской области. С 2001 года к предста­вителям Казахстана присоеди­нились участники из Оренбурга. Ежегодная экспедиция приобрела международный характер. Марш­рут экспедиции стал пролегать по приграничному Илекскому району. Постепенно он расши­рялся и теперь проходит и по территориям восточных районов Оренбургской области.

Прямая речь

Геннадий Щербаков, начальник управления ЖКХ Министерства строительства, жилищно- коммунального и дорожного хозяйства области:

– Правительством области предпринимаются меры профилактического характера, влияющие на оздоровление ситуации на водных объектах региона. В рамках подпрограммы «Развитие водохозяйственного комплекса Оренбургской области» государственной программы «Воспроизводство и использование природных ресурсов Оренбургской области» при осуществлении охранных мероприятий водных объектов на территории области ведутся работы по определению границ водоохранных зон, прибрежных защитных полос водных объектов, а также закреплению их на местности специальными информационными знаками.

За период 2015 – 2018 годов определены границы водоохранных зон и прибрежных защитных полос рек Урал, Сакмара, Самара, Суундук, Жарлы Ташла, Тюльган, Каргалка, Шестимир, Буруктал, Губерля, Сухая Губерля, Кинделя, Блява, Бурлы, Ток, Кондузла, Кураган, Сорока, Донгуз, Большой Уран, Малый Уран, Бузулук, Боровка, Ик, Дёма, озёр Светлинского района (Кайранколь, Жетыколь, Шалкар-Ега-Кара) и других водных объектов протяжённостью более 10 тысяч километров.

На территориях Тюльганского, Саракташского, Адамовского, Кваркенского, Светлинского, Сакмарского, Октябрьского, Шарлыкского районов и Сорочинского городского округа уже установлено 339 информационных знаков «Водоохранная зона» и «Прибрежная защитная полоса».

В период 2023 – 2024 годов министерством запланировано участие в федеральном проекте «Сохранение уникальных водных объектов» национального проекта «Экология». В рамках проекта предполагается провести мероприятия, направленные на улучшение санитарно-гигиенического и экологического состояния водного объекта, его берегов и прилегающей поймы, тем самым обеспечив благоприятные условия проживания населения, а также увеличение пропускной способности участка русла реки Урал протяжённостью не менее 7 километров в границах города Оренбург.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

1 Comment

  1. Ирина
    29.08.2019, 11:50

    Мероприятия запланированы через четыре (!) года.
    А до этого как жить-то будем? От Урала к тому времени что останется, ручеёк?
    Спросите с тех, кто плотины да запруды ставит. И не в нашей области.

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: