Пасха – это дом

Фото Олега Рукавицына

Попробуйте поразмышлять о вечном, когда ищете второй носок. Наверняка зависнете посреди комнаты.

Так и вижу эту картинку. Экзи­стенциализм в чистом виде. Быт преобладает, моторика правит.

Другое дело – дети. Когда го­воришь с ними, вечность виляет хвостиком, как собачка на ко­ротком поводке. «Бог есть лю­бовь», – сказал мне один курсант оренбургской кадетки. И если она столь же безотчётна, то всё вокруг обретает некий смысл.

Когда думаешь о хлебе на­сущном, да ещё чаще, чем нужно, учитывая обстоятельства, многое упускаешь.

Есть люди, непрерывно за­нятые приумножением капитала и столь же непрерывно замали­вающие грехи и вносящие ще­дрые пожертвования. Отсюда и церковный колокол с надписью «От братвы» (я такое снимал в столице), и 20-летний вискарь в корзинке с крашеными яйцами в пасхальный день… Священник его окропит, а Бог простит.

Для размышлений о вечном су­ществует отдельный дом. Церковь. Я часто вижу один храм, проезжая мимо в маршрутке. Он огромный, словно ледокол, многоярусный, как торт, но абсолютно тёмный в черноте ранних сумерек. И только по воскресным дням по запаху ладана от бабулек в тех же марш­рутках я узнаю, что там кто-то бывает. А в это воскресенье придут многие, почти все. А некоторые начнут с ночи, как и положено.

Я часто бываю в церкви. По работе. С годами мне приходится прилагать всё больше усилий в поиске вдохновенных лиц, чтобы отразить в кадре внутренний свет во время молитвы или некий ка­тарсис. Я молюсь об этом, чтобы с достоинством раскрыть тему, и Господь пока помогает. Может быть, дело во мне, а может, Бог специально даёт мне время, чтобы я поискал, прошёл ещё одну до­рогу этим днём.

Мы вскормлены пеплом великих побед,

Нас крестили звездой, нас растили в режиме нуля…

Автор этой песни Константин Кинчев во время своих выступле­ний частенько плевал на сцену. В прямом смысле. Однажды я спросил его – зачем. Он ответил, что подобным образом выражает протест против бесовства. Против греха, которым он занимается, лицедействуя на подмостках. Неисповедимы пути…

А строчки эти я вспомнил по­тому, что вырос в советское время. Но даже тогда, под сенью красных знамён, люди красили яйца, луко­вая шелуха была им в помощь. И соблюдали как помнили.

Для меня Пасха – это дом. За­пах печёного из духовки и руки мамы. Я фотографировал их не так давно. Усталые, но умиротво­рённые работой ладони. Чувство безопасности и гармонии. Этим днём в последние пару лет дует ветер, несёт пыль, рвёт косынки с прихожан. Словно знамение или напоминание о том, как всё быстротечно. И этим днём поста­раюсь быть с теми, кто мне дорог.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: