Понятное каждому: «Мороз и солнце; День чудесный!», недоступно многим как некое буржуйское приложение для телефона. То есть мороз присутствует и солнце тоже, но они для большинства людей, плетущихся в потёмках зимнего утра на остановку, существуют как бы по отдельности.
И если выражение классика: «Приятно думать у лежанки. Но знаешь, не велеть ли в санки Кобылку бурую запречь», звучит, как некая необязательная прихоть, то нам эту «кобылку» приходится сначала поймать на остановке и втиснуться в эти «сани». Не говоря уже о том, что апгрейд «день чудесный» доступен только за отдельную плату.
Конечно же, читатель, всё это шутка, а как ещё переживать трудовые будни, сопряжённые с настоящей русской зимой, от которой жители нашего славного края успели слегка отвыкнуть. Но вот этот классический русский зимний пейзаж, нарисованный поэтом в конце стихотворения, он существует. Главное, одеться потеплее и… уехать.
И не куда-нибудь в Альпы (хотя, кому бы не хотелось), а к нам в область, недалече. А там «И ель сквозь иней зеленеет, и речка подо льдом блестит». И ёлки «в треугольных платьях», и дети идут из школы на фоне такой красоты, что куда ни направишь камеру, открытка получается.
Слышал точку зрения, что пейзаж без человека не интересен. Не так это. Иначе не было бы работ Саврасова, Шишкина, Репина, и это только навскидку. Судьба человека, творящего везде, где бы он ни был, – осознание себя в окружающем. Выражение мыслей, эмоций и настроения посредством того же пейзажа. И зачастую он (пейзаж) сам эти настроения и создаёт. На самом же деле всё проще.
Небольшая, но существенная проблема заключается в том, что открыточные зимние пейзажи с синим небом, искрящимся инеем, белым снегом получаются только в трескучий мороз. Почему трескучий? Да потому что идёшь и слышишь, как деревья потрескивают. Для городского жителя это странный звук, сам поначалу постоянно оборачивался. И есть на что обернуться помимо деревьев.
Как-то вечером добирался до тюльганской Ташлы, по дороге от районного центра меня где-то за лесополосой провожали волки. Этот вой при свете полной луны ни с чем не перепутать. Каждый занимался своим делом: я шёл, они выли. И казалось, всё ближе. Слава Богу, нашлась попутка, довезли.
Солнечные картинки дарят зрителю иллюзию торжества и даже тепла, но только фотограф, проходя нечищеным лесом, знает, как они достаются. Тихий снег, напротив, ассоциируется с тишиной, уютом, особенно если смотреть на него неспешно вечером из дома при неяркой лампочке. И тревога-метель, добраться бы до места, не сбиться с дороги.
А здесь мы движемся короткими перебежками по холоду, вспоминая тепло, что было летом, погодное и простое, человеческое. Иногда напевая про себя песню, что впитана где-то на генном уровне.
Вот и я вижу, как человек, пока ещё не состоявшийся пассажир, притоптывая на остановке, затянул полушёпотом, выпуская пар: «Ой мороз, моро-о-з…»
