Владыка

В день его похорон 27 января 1999 года была тихая и тёплая погода. Проститься с владыкой в Никольский кафедральный собор Оренбурга пришли тысячи людей.

В одной толпе стояли высокопоставленные чиновники, криминальные авторитеты, простые миряне. Плакали все. Ведь смерть митрополита Леонтия многие восприняли как личную утрату.

 

Рукоположил митрополит

В канун памятной даты мы попросили ректора Орен­бургской епархиальной право­славной гимназии протоиерея Георгия (Горлова) рассказать о том, каким был владыка.

Отец Георгий к 100-летию со дня рождения митрополита Леонтия издал о нём книгу, в которой со­брал документы, воспоминания, письма, фотографии и другие свидетельства.

Именно владыка Леонтий в 1996 году рукополо­жил отца Георгия в священный сан, и его образ стал основопо­лагающим при выборе пути:

– Когда я впервые из любо­пытства заглянул в Никольский храм, службу вёл митрополит Леонтий. Всё, что я увидел и услышал, меня настолько по­трясло в хорошем смысле слова, что обратного пути уже не было. Я твёрдо решил стать священ­нослужителем.

Сложный вопрос – каким был владыка. Многогранным: терпеливым, милостивым, ум­ным, справедливым. Находил общий язык со всеми. Родом был из Белоруссии, из семьи священнослужителя. В детстве ходил в школу за 15 километров. О нём можно рассказывать часами, но так и не сложить полного образа.

Очень точно подметил народный художник России Николай Ерышев о его живописных и фотографиче­ских изображениях: «Владыку нужно было видеть, слышать и воспринимать, я бы сказал, объ­ёмно, многомерно».

64 года он служил православной церкви и 35 лет возглавлял Оренбургскую епархию. За годы его служения количество приходов в Оренбур­жье выросло более чем в семь раз и достигло 120.

Он был человеком высокооб­разованным. В 1935 году окон­чил Виленскую духовную семи­нарию, а в 1939 году – прослав­ленный богословский факультет Варшавского университета, по­лучив степень магистра бого­словия. Его называли ходячей энциклопедией. Митрополит го­ворил на семи языках и наизусть знал Священное Писание Нового Завета, мог цитировать слово в слово классиков отечественной и зарубежной литературы. Читал книги и периодические издания на разных языках. При этом все, кто был с ним знаком, говорят о его удивительной простоте и скромности.

Был благодарным. Зимой, когда все страдали от холо­дов, он повторял: «Как я лю­блю морозы». Летом, когда все проклинали зной, он говорил: «Я люблю жару».

Был не добреньким, а имен­но добрым, даже когда требовал и наказывал, чувствовалась его любовь и забота о тебе.

В 90-е общество потеряло ориентиры, утратило мораль­ные ценности. И именно в это время владыка Леонтий просиял для всех как солнце. Он любил людей и заботился о каждом.

Смысл своей земной жизни видел в служении Богу и людям. С простыми прихожанами он делил горести и беды, наставлял, проповедовал, советовал. Вся его деятельность здесь, в этом мире, была одной долгой молитвой обо всех грешных.

В епархию в переулке Шевченко, 24 люди шли нескончаемой вереницей, ехали со всей России. Кто за советом, кто за благословением. И он, несмотря на огромную загруженность, порой сильную усталость, принимал всех. Потому что не считал, что кто-то пришёл с ерундой или мелочью.

В одной очереди с мирянами стояли свя­щенники. Душевные дела паствы для него были так же важны, как рабочие моменты и неотложные дела священнослужителей.

 

Укор совести

В самом начале пути в свя­щенническом сане в мой при­ход начала ходить женщина, она была явно не в себе. И вот эта женщина стала приставать ко мне, чтобы я подарил ей Библию. Глядя на неё, я раз­мышлял: дать или не дать? Одолевали сомнения, нужна ли ей эта святая книга, что она с ней сделает и, вообще, прочтёт ли?

Долго я от неё отмахивался, ссылался на то, что нет лишнего экземпляра. А однажды в храм принесли книги сомнительного издательства. И я, чтобы эта женщина отстала, дал ей одну из них. Она, благодарная, ушла.

А через какое-то время приходит, притаскивает целый чемодан книг, открывает и говорит: «Вот, смотри, что мне владыка подарил». Я взглянул и увидел, что митрополит ей дал самое до­рогое издание Библии и другую православную литературу.

В тот момент я испытал силь­ный укор совести. Владыка не раздумывая подарил сумасшед­шей женщине самое лучшее, что у него было. И в этом был весь наш митрополит. А я на всю жизнь запомнил тот урок.

Или ещё случай. Однажды на приём к митрополиту один из священнослужителей приехал на автобусе, пожертвованном прихожанами. Владыка Леонтий лишь подметил: «Это вы один на таком транспорте путеше­ствуете?» Он не приветствовал роскошь и нерациональную трату церковных средств.

Сам был аскетичен. Жил просто, в маленьком домике с удобствами на улице. Городские власти давали ему хорошую, благоустроенную квартиру, но он в ней не прожил ни дня. Владыка любил простую еду. Например, картофельные дра­ники и крутой кипяток. Когда возвращался со службы, всегда выпивал два стакана без заварки и сахара. Ходил в кирзовых сапо­гах. Монах, как и солдат, безза­ветно служил Отечеству. Не при­знавал шариковые ручки – писал исключительно пером, которое обмакивал в чернильницу.

 

Был случай

Будучи инспектором и пре­подавателем Минской духовной семинарии, на проказы учеников он откликался незлобием. Однажды один шутник прибил к полу его галоши, что инспектор счёл за шутку. В другой раз шут­ка оказалась жестокой. В день экзаменов он получил срочный вызов домой – по болезни ма­тери. Леонтий тут же умчался в родное село, где на пороге его встретила здоровая мать. Всё по­няв, он сразу же поехал обратно, но экзамены уже закончились.

«И на этот раз Леонтий от­ветил незлобием и прощением, оставив инцидент без последствий. Быть может, полагал, что таким образом скорее вызовет раскаяние у тех, кто поступил дурно, чем достигнет этого путём расследований и наказа­ний? А быть может, он молился за своих обидчиков? – писал ученик владыки, профессор Минской духовной академии Виталий Антоник. – Спустя годы он помнил не только фамилии учащихся, но многих величал по имени-отчеству».

 

И спасибо скажут предки

Из уст в уста передавались рассказы и легенды о прозорли­вости владыки и его даре пред­сказания.

Мной собрана коллекция видеозаписей с митрополитом Леонтием. Каждое его слово бесценно и обращено к потом­кам. Например, при освящении вновь открывающегося храма в Орске в середине 90-х годов прошлого века владыка сказал: «Вы, каждый на своём месте, мо­литесь честно. И спасибо скажут предки, когда разбогатеет Русь». Эти слова являются ориентиром по сей день. Каждый должен за­ниматься своим делом и делать его хорошо и честно. Не нужно смотреть на других людей. Их грехи останутся при них.

Оренбуржцы, преисполнен­ные любви и уважения к влады­ке Леонтию, никогда не забудут своего духовного наставника и всегда будут поминать его в своих молитвах.

***

Люди отмечали раскосость, что придавало особые черты владыке, не догадываясь, что глаз вовсе не видит.

Во время войны подвода, на которой он ехал, подорвалась на мине, и парень получил ранение в глаз. Ни в Минске, ни в Москве не удалось спасти левый глаз: «Я этого никогда никому не говорил нигде. Но всегда делал вид, что я самый здоровый человек в мире, вижу как нужно. Но на всяких приёмах сажусь с левой стороны, чтобы правым глазом была большая обзорность. Это всё промысел Божий. Но я не унываю. В жизни всё прекрасно, всё чудесно», – рассказал как-то своим прихожанам владыка.

С 14 мая 1963 года – епископ Оренбургский и Бузулукский. 9 сентября 1971 года возведён в сан архиепископа. 25 февраля 1992 года возведён в сан митрополита.

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II митрополита Леонтия отпевали в Никольском кафедральном соборе.

После отпевания гроб с телом митрополита Леонтия крестным ходом обнесли вокруг храма и опустили в землю под священными сводами Никольского кафедрального собора. Владыку Леонтия похоронили в правом, Пантелеимоновском приделе собора.

Ирина Рабочих

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: