fbpx

Тонкости народного промысла

Создание платков в пуховязальном промысле – это белая работа, которой предшествует нелёгкий труд по уходу за своенравными козами.

Во дворе известной мастерицы из Саракташского района Латифы Иксановой 15 носителей уникального тончайшего пуха, прославившего наш край.

Эта рогатая компания съедает по полцентнера ячменя и овса за неделю, требует внимания и разнообразного рациона.

Сейчас тонна ячменя стоит 18 тысяч рублей. Кроме того, каждый год надо проводить ветеринарный осмотр коз и делать анализ крови. Пух тоже дорог – 3 тысячи за килограмм (на шаль размером полтора на полтора метра надо 300 граммов).

– Три года назад козы, как обычно, вышли погулять на вольный выпас и на месяц пропали. Наверно, далеко ушли. Сколько я пешком по окрестностям прошла, сколько на лошадях искали и на машине ездили по полям!

Отчаялась найти, хотя родня обнадёживала, что придут. Поймать коз, чтобы украсть, тяжело, они сами не дадутся. Так вот, как начался первый снежный буран в конце осени, они вернулись! Все в репьях! Оставили меня без пуха, ведь чистить его было бесполезно.

Но я радовалась, что нашлись, – делится Латифа Шагитовна.

Чтобы пух был лучше, она не чешет коз металлическими гребёнками, а выщипывает вручную.

– Гребёнка рвёт пух, а когда аккуратно руками дёргаешь, пух выходит на всю длину. И надо знать время. Обычно в конце февраля – начале марта чешем.

Если время упустишь, пух будет с волосами. Когда зима бывает суровая, холодная, пух подольше выходит, а когда мягкая, влажная, то быстрее. Но в снег, в период повышенной влажности и в мороз чесать нельзя.

В целом качество пуха зависит от того, какая была погода в течение года, и от корма. На одном сене хорошего пуха не дадут, обязательно зерно ещё надо, – посвящает в детали сельчанка и добавляет, что всё равно пух 30 – 40 лет назад был мягче.

Она с рождения живёт в селе Татарский Саракташ, её родители, как и все односельчане, держали коз. Платки в семьях женщин учили прясть и вязать в детстве. До сих пор Латифа Шагитовна крутит нить на деревянной моталке, которая перешла ей от матери.

– Однажды мама поехала на базар продать шали и купить мне пальто. А деньги украли. Пришлось ей обратиться за помощью к какому-то спекулянту, тот одолжил на пальто и на обратную дорогу, – рассказывает мастерица.

Латифа Шагитовна дружит со спицами с семи лет. Первый платок у неё получился, когда ей исполнилось пятнадцать. Так и вяжет именно платки, хотя запросто может сделать паутинку. Говорит, что пора передавать навыки десятилетней внучке. Дочку научила, когда та только пошла в школу.

– Несколько лет назад мне пришлось доказывать комиссии, что мой платок связан вручную, а не на машинке. Я удивилась, что пять знатоков не заметили маленькую неточность, которая возможна только при ручной вязке (любой автор знает, где в работе допустил мельчайшие огрехи), и передала для доказательства другое начатое изделие с таким же узором вместе со спицами, – вспоминает она курьёз.

Тогда в галерее «Оренбургский пуховый платок» комиссия признала высокий уровень мастерства опытной пуховязальщицы. У неё есть свой сертификат и печать, а ещё десятки грамот и дипломов с выставок.

Кстати, в отличие от тонкой паутинки, которую для подтверждения достоверности продевают через кольцо, пуховую шаль не проверишь подобным способом.

О качестве платка говорит только пух и то, как он связан. Конечно, есть традиционные узоры, но именитые вязальщицы отличаются авторским почерком.

Как-то на саракташской ярмарке «Шальтуй» («Свадьба платка») Латифа Шагитовна увидела свой рисунок на изделии мастерицы из Переволоцкого района. Вспомнила, что годом раньше она продала платок с таким оригинальным узором, вот другая вязальщица разобралась и скопировала. Но на будущее Иксанова просит коллег в профессиональном сообществе не повторять чужие идеи.

В её семейной копилке узоров есть те, которые передались ещё от бабушки. Но сейчас мода меняется, заказчики просят другие, современные рисунки.

А вот теплоту и мягкость все хотят традиционную, воспетую в песне «Оренбургский пуховый платок».

Николай Захаров, сооснователь компании «Оренбургшаль» (организация – обладатель государственного документа «Наименование места происхождения товара»):

– За последние пять лет спрос на пух оренбургских коз заметно вырос. Пух стал дороже, и это подтолкнуло сельчан снова держать коз. Хотя всё равно ощущается дефицит.

Когда мы только начинали работать, сельские жители не видели большой ценности в пухе. У тех, кто держал коз, могли лежать запасы пуха, но хранился он как попало. Нередко с сором и молью. Приходилось самим перебирать, чтобы отделить хороший пух от испорченного. На следующий год в деревнях нас уже ждали и для продажи сортировали пух.

Оренбургский пуховый платок входит в число самых узнаваемых брендов России, однако населению долгое время было невыгодно содержать коз. Многие вязальщицы в нашей области переходили на волгоградский пух, потому что он не такой трудоёмкий. Волгоградский не надо так тщательно перебирать от волоса. А на переборку оренбургского пуха уходит столько же времени, сколько на вязание платка, это от 100 до 200 часов!

Прясть наш пух тоже сложнее. Изделие из волгоградского, более длинного пуха, сразу выглядит привлекательно для покупателя. А платки из местного пуха «расцветают» во всей красе уже при носке. Оренбургский пух тоньше. Его толщина составляет 13 – 17 микромикронов, и ажурный платок 170 на 170 сантиметров весит около 450 граммов. А толщина волгоградского – от 23 микромикронов, такой же платок весит под 700 граммов. Так как большинство покупателей не вдаются в эти тонкости в прямом смысле слова, то и вязальщицы лишний раз не усложняли себе работу.

Ещё одним фактором, из-за которого в деревнях уменьшилось поголовье коз, стало наводнение рынка дешёвыми подделками.

Две трети, как минимум, из того, что сегодня продаётся по всей стране и за её пределами под названием «оренбургский пуховый платок», не имеют никакого отношения к оренбургскому пуховязанию.

Сомнительные изделия вяжут где-нибудь в Центральной Азии, а продавцы выдают их за оренбургские, нанося вред репутации нашего бренда и эффективности козоводства. Иногда подделки вредят и здоровью покупателей. Были случаи, когда от окрашенных пуховых платков люди получали химические ожоги.

Понятно, что в каком-нибудь сувенирном магазинчике Москвы многих покупателей подделка привлечёт прежде всего своей ценой. Если рядом на витрине будет лежать настоящая оренбургская паутинка или шаль по цене втрое больше, продавец наплетёт что угодно, объясняя разницу. Но вряд ли он честно признается, что подделка с ценником в 1,5 – 2 тысячи рублей на самом деле стоит около 300 рублей и закупают её прессованными тюками на вес, например, в Узбекистане. После такой «рекламы» никто и даром не возьмёт дешёвку.

Тот, у кого есть качественный оренбургский пуховый платок, знает все его преимущества. Наши покупатели из Канады носят шали и паутинки с удовольствием, они хвалят платки за лёгкость, красоту и тепло. Кстати, наша страна рассчитывалась с США по ленд-лизу и оренбургскими платками.

К сожалению, молодых пуховязальщиц мало, и будет очень обидно, если традиции, накопленные за два с половиной века, и опыт старшего поколения не получат продолжения. Наши мастерицы – это настоящие художники!

Фото Олега Рукавицына

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top