fbpx

Медовый месяц оренбургских пчеловодов

Горячая пора – время собирать урожай янтарного лакомства

В регионе только официально зарегистрировано более 1000 пасек и около 60 тысяч пчелосемей. По словам начальника управления ветеринарии Министерства сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности области Андрея Кордюкова, в последние годы наблюдается тенденция укрупнения пасек. Несколько лет назад их насчитывалось гораздо больше, но пчелосемей при этом было меньше.

Неурожайный год

Говорят, лучше один раз уви­деть и попробовать, чем сто раз услышать. Именно поэтому мы отправились в Александровский район, в гости к опытным пчеловодам, на одну из крупнейших пасек.

Прибыли на место в самую что ни на есть нелётную погоду. В селе Каликино шёл дождь со шквалистым северным ветром. В такой обстановке пчёлы пред­почитают сидеть в своих ульях и не жужжать.

Пчеловод с почти сорокалет­ним стажем Владимир Марков разводит руками:

– Приехали бы вчера, в тёплый и тихий день, – своими глазами посмотрели бы, как работают наши трудяги. А сегодня пчела не работает. И так весь сезон. Лето оказалось не самым благоприятным. Урожай мёда в этом году ожидается в два раза хуже, чем в прошлом.

Пасека Маркова расположи­лась между двух цветущих полей. С одной стороны – подсолнухи. С другой – гречиха. Чтобы собрать нектар, пчела способна преодо­леть расстояние в пять, а если нет взятка, то и в семь километров. Треть пчёл Маркова предпочи­тают ходить налево. Остальные направо. Вот и разберись потом, какой мёд получился – подсолнеч­ный или гречишный. Очевидно лишь одно – очень полезный.

Владимир Марков разводит дымарь, облачается в специаль­ный костюм, на лицо на девает защитную сетку. Повелитель пчёл вскоре достаёт из улья рамку, за­полненную мёдом.

– Соты должны быть не мень­ше чем на треть запечатаны воском. Это говорит о том, что мёд созрел, – пытается ввести нас в тонкости дела Владимир Иванович. – Видите, пчёлы спо­койные. Они злятся, только если их бесцеремонно побеспокоить, например, пнуть улей. Тут уж мало не покажется. Этим летом перевёз ульи на новое место уже в четвёртый раз. Чем больше вокруг медоносов, тем больший букет принесут со всех цветов, насы­щеннее всевозможными микро­элементами и, соответственно, полезнее получается мёд.

Почему гибнут пчёлы

За последние 10 лет числен­ность пчелосемей в России со­кратилась почти на 20 процентов. Среди регионов, оказавшихся в зоне массовой гибели пчёл, есть и расположенные неподалёку от Оренбуржья: Башкортостан, Татарстан, Саратовская область. Погибло 1,3 процента пчелосе­мей от общего количества в Рос­сийской Федерации. Алексан­дровских пчеловодов сия участь миновала. Случай гибели пчёл есть в Шарлыкском районе. По словам председателя Ассоциации пчеловодов области Александра Жаркова, причину гибели пчёл учёным необходимо тщательно изучать в лабораторных условиях. А пока версий выдвигается много. Но ни одна из них не подкреплена исследованиями.

У Владимира Маркова на этот счёт своё мнение. Его беспокоит массовое применение всевоз­можных химических средств в растениеводстве. Уничтожение гербицидами и пестицидами цве­тоносов, которые считаются со­рняками, пагубно воздействует на ситуацию в пчеловодстве. Все эти лютики-цветочки являются звеньями одной цепочки. Уничто­жая сорняки, человек вторгается в природную цепь. В итоге пчёлы недополучают важных элементов, их иммунитет слабеет, что может привести не только к болезням, но и к гибели. Часто не соблюдается севооборот сельскохозяйствен­ных культур. И это тоже влияет на медосбор. Марков уверен, что пчеловоды и аграрии обязаны ра­ботать в одной упряжке. Он наста­ивает, чтобы в аграрном секторе на пчеловодов обратили внимание и приглашали их на совещания, прислушивались к их мнению. Ведь успех в растениеводстве вза­имосвязан с пчеловодством.

– Например, фермер обрабо­тал, условно говоря, две тысячи гектаров посевов, уничтожив 200 гектаров сорняков. А это ведь всё медоносы. Пчёлы недополу­чат огромный фронт работы. В этом случае необходимо засевать дополнительные 200 гектаров специально медоносами, чтобы восполнять убытки. Понимаю, на первый взгляд, всё может по­казаться абсурдом. Фермерам это невыгодно: почему они должны лишние усилия и средства затра­чивать ради прихоти пчеловодов? Но это не прихоть, а необходимое условие для сохранения гармонии в природе. Я уверен, что в недалё­ком будущем люди придут к этому и будут заботиться не только о прибыли, – говорит пчеловод.

Недаром Эйнштейну приписы­вается пророчество, смысл которо­го сводится к следующему: «Если на Земле исчезнут пчёлы, то через четыре года исчезнет и человек. Не будет пчёл – не будет опыления, не будет растений, не будет живот­ных, не будет человека». 

По науке

Сам Владимир Марков по про­фессии ветеринар, поэтому хо­зяйство старается вести по науке. Однако в пчеловодческом деле од­ного высшего образования мало.

– Несмотря на прекрасное зна­ние теории, в институте мне ведь преподавали пчеловодство, за годы работы пришлось много ши­шек набить. До всего приходится доходить на практике и заново учиться, – рассказывает Марков.

А тонкостей и секретов очень много, поэтому начинающим Владимир Иванович всегда советует хотя бы сезон поработать с опыт­ным товарищем. Здесь важно всё: от выбора места для установки пасеки до времени откачки мёда. Сам он с удовольствием передаёт опыт. Научил пчеловодству зятя Валерия Кошелева. Пристрастил к пасеке старшего брата полковни­ка запаса Петра Маркова. Теперь тот вместе с женой на в сё лето уезжает из Оренбурга заниматься пчёлами.

Сейчас у Владимира Маркова новый ученик. Уже третий год односельчанин Анатолий Прилепин внимательно наблюдает и учится вести хозяйство.

В разные годы дело Маркова имело разный статус. Было и кооперативом, и фермерским хозяйством, теперь он работает как частник.

В хозяйстве Владимира Ива­новича более 200 ульев. Коли­чество пчелосемей колеблется в разное время от 200 до 300. Весной медоносов ещё мало – пчёл тоже. Когда медоносов становится больше, разрастается и пчелиная семья. На пасеке мирно ужива­ются несколько пород пчёл. Есть карпатка, среднекавказская и среднерусская пчела.

– Многие, особенно начина­ющие пчеловоды, думают, что разные породы пчёл по-разному справляются с задачей медосбора. А по моему глубокому убежде­нию, основанному на многолет­них наблюдениях, качество и количество мёда не зависит от породы. Любая способна адапти­роваться к местным условиям, – рассуждает Марков. – Есть лишь особенности работы пчеловода с той или иной породой. Люди при­спосабливаются к пчёлам, а те, в свою очередь, к природе.

Пчёлы – уникальные существа. Они, словно барометр, показыва­ют, всё ли гармонично в природе и жизни людей. Нарушается ба­ланс – пчёлы начинают гибнуть. Сколько лет занимаюсь, столько восхищаюсь ими и их законами, порой жестокими, но очень справедливыми.

Мало романтики

Пчеловодство ассоциируется исключительно с солнцем и радостью.

– На самом деле романтики мало. Это очень тяжёлый труд, – признаётся Марков. – Каждый день приходится работать на солнцепёке, согнувшись в три погибели над ульями. Чтобы хоть как-то облегчить себе жизнь, при­думал специальные конструкции, приподнял ульи, чтобы работать с пчёлами стоя.

И всё же депрессивных пче­ловодов вы вряд ли встретите. Ведь среда диктует состояние. Ежедневное созерцание цветущих трав и соединение с природой способно исцелить любого. 

Башкирский мёд родом из Оренбуржья?

Марков и его многочисленное семейство живёт исключительно за счёт пчеловодства. На жизнь хватает. Реализовывать продук­цию помогает супруга Светлана. Много лет Марковы работают с башкирскими оптовиками, кото­рые, говорят пчеловоды, фасуют александровский мёд по малень­ким баночкам и приклеивают эти­кетку «Башкирский мёд». Цена, конечно, поднимается.

Так что, случается, разрекла­мированный «Башкирский мёд» на самом деле собран на оренбург­ских лугах.

Вообще, фальсификат, хи­трость и обман на медовом рын­ке – отдельная тема. Чего только не придумывают лжецы, чтобы нажиться на доверчивых поку­пателях!

Осторожно, подделка!

Сергей Бреднев, пчеловод, Пономарёвский район:

– Часто бы­ваю в Оренбур­ге на Централь­ном рынке и вижу, как продавцы иногда хитрят или же попросту обма­нывают поку­пателей. Одна дама уверяла, что торгует мёдом, собранным пчёлами исключительно с цве­тущего зверобоя и душицы. Или написано на баночках: «Мёд ди­ких пчёл». Это исключительно маркетинговый ход. Важно знать, что мёда, собранного в чистом виде с одного или двух медоносов, не бывает. И любая пчела, по сути, дикая. А доверчивые покупатели верят.

Каждый год во время цветения липы вывожу ульи за 10 киломе­тров от Пономарёвки, чтобы со­брать очень ценный липовый мёд. Увы, в чистом виде его получить крайне сложно. Нужны опреде­лённые погодные условия: чтобы стояли солнечные безветренные дни, тёплые ночи. В мёде, конеч­но, будет преобладать липа, но не исключено, что пчёлки принесут нектар с цветущих васильков и ромашек. Цвет мёда зависит от растений-медоносов. Например, цветочный мёд бывает светлых оттенков, гречишный – коричневым, липовый – янтарным.

Иногда в погоне за прибылью жадные пчеловоды подкармли­вают своих питомцев сахарным сиропом. Пчёлки вместо нектара или пади перерабатывают сахар, ферментируют его. В итоге по­лучается мёд, который сложно отличить от настоящего даже в ла­бораторных условиях. Разумеется, по своим полезным свойствам он и рядом не стоял с правильным мёдом.

Иногда продаётся мёд двух-трёхлетнего возраста, много раз перетопленный и перелитый. А бывает, что вместо мёда покупателям подсовывают и в овсе растительные сиропы, маскируемые добавками под натуральный продукт. Их готовят, выпаривая дынный или арбузный соки.

Существует множество ва­риантов проверки подлинности натурального продукта. Однако отличить переработанный сахарный сироп с небольшой примесью натурального мёда и всевозмож­ных специальных ароматизаторов неспециалисту практически не­возможно. Поэтому покупать на­туральный мёд я бы рекомендовал только у знакомых, проверенных пчеловодов.

Перекупщики в прибыли

Валерий Кошелев, пчело­вод, Александровский район:

– Цена на мёд зависит от количества и качества со­бранного мёда. В поисках до­бычи по глу­бинкам рыщут оптовики из крупных горо­дов и предлага­ют пчеловодам свою цену за мёд, начиная от 70 рублей за кило­грамм. И некоторые пасечники вынуждены сбывать продукцию по столь низкой цене. В этом году килограмм мёда оренбургские пчеловоды отдают башкирским и московским оптовикам по 200 рублей. И считают это удачей. До­вольные перекупщики потирают ладони в предвкушении перепро­дажи сладкого деликатеса по цене в несколько раз выше закупочной. Например, в соседней Башкирии за килограмм мёда перекупщики просят 800 рублей. Трёхлитровая банка там обходится порядка двух с половиной тысяч рублей. На оренбургских рынках цена на мёд уже несколько лет подряд держит­ся в пределах 300 – 400 рублей за килограмм. На рынках и вдоль дорог мёдом в основном торгуют перекупщики, которые, впрочем, уверяют, что имеют пасеки и вот только-только оттуда.

Мы надеемся, что закупка мёда, точно так же, как и закупка любой другой сельскохозяйствен­ной продукции, будет отрегулиро­вана на государственном уровне.

Бывает ли мёд майским

Пётр Орехов, пчеловод, Александровский район:

– Большой популярностью среди населения пользуется так называемый майский мёд. У опытных пчеловодов слово «майский» вызывает улыбку. Теоретически мёд может быть собран в мае, но ни один пчеловод в здравом уме не бу­дет отбирать корм в виде сладкого цветочного нектара и пыльцы у будущего расплода, который ему необходим для роста и развития. Откачка мёда ранней весной приводит к вялости, слабо­сти будущих тружениц-пчёл и недополучению многих десятков килограммов мёда осенью, во время основного сбора пчелопродукта.

Молодой или старый

Геннадий Проскурин, пчеловод, Александровский район:

– Лучше всего зрелый мёд, в котором осталось влаги менее 20 процентов. Он может несколько десятков лет простоять в погребе и не потерять своих качеств. Именно в таком мёде идеальное соотношение микроэлементов и сахаров, по консистенции он очень густой и быстро заса­харивается. Определить зрелый мёд просто: он наматывается на ложку. Литровая банка зрелого мёда должна весить не менее 1,4 килограмма, если весит меньше – мёд незрелый.

Жидкий или густой

Пётр Марков, пчеловод, Оренбург:

– Никакой натуральный мёд не хранится несколько лет, не загустевая. По-хорошему, уже через несколько месяцев после откачки, а это примерно в конце октября, он начинает кристаллизоваться. И если вам посреди зимы продают чистый, как слеза младенца, и те­кучий, как горный ручей, продукт, знайте – что-то с ним не так.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: