Тишина

Никуда не торопиться и обязательно читать. Фото Олега Рукавицына

Она спускается откуда-то сверху, вместе с серым небом. Висит поволокой тумана ранним утром.

Действительность стремитель­но теряет свой блеск и становится монохромной. Казалось бы, город и шум машин – вот он, совсем рядом, но кто-то идёт пустой аллеей, шурша тёмной ржавчиной листвы, и смотрит куда-то внутрь себя. Тишина там, свила своё гнездо, расположилась пушистым котом, незримым уютом. Бессмысленно говорить, объяснять, сотрясать воз­дух. Дни становятся всё короче, и в сумерках цвета заварки в чайнике отчего-то не хочется включать свет.

И машины рядом, а внутри тишина. Фото Олега Рукавицына

Яркие куртки детей проносятся сквозь деревья. Но звук словно кто-то выключил. Не время фонта­нировать, погасла джазовая медь солнечных труб, время старого, увы, предсказуемого гитарного блюза. И это сов сем не значит, что «хорошему человеку плохо», эти аккорды стары, как колесо телеги. Жизнь идёт. Скрипит ко­лесо, подпрыгивая на ухабах. Это вам не жаркий летний скоростной железнодорожный состав.

Грачи улетели. Фото Олега Рукавицына

В такое время хочется фото­графировать спокойно, оставлять себе и другим побольше простран­ства, чтобы было где разгуляться взгляду. Хочется, как в каком-то саду камней, долго вглядываться в детали. Обязательно читать и уж точно никуда не спешить.

Застыли старые беседки, где галдела по ночам молодёжь; су­рово и покинуто выглядят летние аттракционы в парках. Ещё один месяц, и мы будем молить о пер­вом снеге, погружаясь в грязь и моя сапоги по дороге на работу в лужах ноября. Но пока мы мол­чим. Мы ждём.

Природная асимметрия. Фото Олега Рукавицына

Сколько градусов было в том старом вине,

Что мы выпили здесь как-то летом?

Я не знаю, была ли добра ты ко мне,

Я не знаю, что думать об этом.

Есть хорошая мысль, есть хороший вопрос,

Отражающий суть очень метко.

Просто помни, что твой одинокий матрос

Отправляется в порт крайне редко.

Остаётся пойти, погулять за мечтой,

Не совсем разбирая дороги.

Сто процентов любви – слишком крепкий настой,

И его могут пить только боги.

Жизнь учила всегда на себя лишь пенять

И судить по движению взглядов,

Что такое молчать, мне поможет понять

Угловой гастроном где-то рядом.

Только дым в старом парке, неярким костром

Догорает вчерашнее лето,

И я слышу, как кто-то играет втроём

Блюз осеннего тихого света.

И есть много людей, тех, что мыслят всерьёз

О вопросах конца и начала.

Просто помни, что твой одинокий матрос

Этой ночью стоит у штурвала…

Мир вокруг постепенно становится монохромным. Фото Олега Рукавицына

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: