Дедулины кораблики

Оренбуржец Руслан Топаев во время штурма попал под миномётный обстрел. 12 осколков залетели под каску и раздробили затылок. Больше месяца он провёл в темноте, полностью ослепнув. Зрение вернули московские нейрохирурги. Сейчас у Руслана своя столярная мастерская, магазин в центре Оренбурга и новая жизнь, к которой он всё ещё привыкает.

 Дерево лечит

Магазин «СВОя столярка» расположен в двух минутах ходьбы от областного музея изобразительных искусств. Маленький, но уютный. Каждая вещь в нём на своём месте.

– Мы хотели, чтобы здесь было как дома, – говорит Руслан.

Дубовые подносы, сосновые менажницы и шашлычницы, резные столы и стулья – чего здесь только не увидишь. В каждой вещи чувствуется тёплая сила.

Руслан – собеседник немногословный, собранный. Напротив него на месте продавца-кассира жена Мадина. Нередко, освободившись после школы, помогать приходят и дети. Их у супругов трое. С удовольствием младшие приезжают к отцу в столярку. Такое семейное, общее у них дело.

– После службы в армии я поступил на службу в милицию. До её переименования тогда оставалось ещё несколько лет. Служил постовым в Промышленном районе. Затем оперативным дежурным в шестом отделе, – рассказывает Руслан.

В 2023-м уволился и, заключив контракт с Министерством обороны, ушёл добровольцем на СВО. С конца августа по декабрь почти всё время находился в штурмах.

– Мы окружали Авдеевку, ранение я получил там. Надо было взорвать железнодорожный мост, что мы и сделали, попав после выполненной задачи под миномётный обстрел. Так вышло, что пострадал в тот день только я. Вся моя группа вышла целой и невредимой, – вспоминает Руслан.

О спецоперации почти не говорим. Она как невидимый водораздел, перерезавший жизнь на две части. В прошлой остался риск, адреналин, чувство плеча напарника. В нынешней – бизнес, экономические риски, работа с деревом. Оборот речи «до и после» Руслан прочувствовал на себя с полной силой.

Находясь в абсолютной темноте, ещё не надеясь на возврат зрения, он многое пережил. Надежда появилась лишь когда после трёх-четырёх госпиталей оказался в Московском научном медицинском центре нейрохирургии имени Бурденко.

– Мне вытащили из головы четыре осколка, восемь остались там навсегда. Их нельзя извлекать. Недели не прошло после операции, как я стал различать силуэты. Затем зрение вернулось. После физических нагрузок оно резко портится, но стоит восстановить силы – возвращается, – рассказывает Руслан.

Два года назад, находясь на реабилитации, осознавая, что к прошлой жизни возврата нет, он неожиданно для себя нашёл дорогу к будущему в своём детстве.

– Я вырос в Новопавловке Акбулакского района. Там и сейчас живёт мой дед Искайр Келибатрович Топаев. Это дедуля привил мне любовь к дереву, научил столярничать. Когда я совсем не понимал, как стану жить дальше, начал вспоминать то время. Перед глазами вдруг всплыли деревянные кораблики, которые мы с ним делали. И когда мне вдруг позвонили из центра «Мой бизнес» и фонда «Защитники Отечества», предложив поучаствовать в первом потоке регионального проекта «СВОй бизнес – дело героев», то я совершенно неожиданно для себя самого сказал: «Хочу открыть столярку».

Семейный бизнес

Руслан вспоминает, как ему помогли составить бизнес-план. Научили всему буквально с нуля.

– Я вообще далёк от всего этого был. Однако защитил свой проект и выиграл грант в размере 500 тысяч рублей. На эти деньги мы арендовали помещение под столярную мастерскую. Выплаты за ранение вложили в покупку оборудования. Закупили станки, и я начал потихоньку работать, – вспоминает Руслан и добавляет, что не так давно благодаря соцконтракту приобрёл ещё один станок. – Глаза боятся, а руки делают.

Мадина внимательно слушает мужа. Это она попросила его больше не рисковать. Ведь фронтовые друзья пусть невольно, но тянут обратно, к себе.

– Сейчас уже всё, у нас семейный бизнес. Я весь в этом. Вообще же, многие возвращаются на передовую, даже комиссованные, с инвалидностью. Тянет обратно, к товарищам, – отмечает Руслан.

Говорит, что на передовой пользовался позывным, полученным ещё во время командировок на Северный Кавказ.

– Когда спрашивали, почему «Багет», отвечал, что просто люблю хлеб. На самом же деле привык. Да и не было ни у кого, кроме меня, такого же позывного, а это уже хорошо.

Один раз в Бердах…

Военная жизнь научила Руслана не огорчаться по пустякам и радоваться тому, что имеешь.

– Сейчас на многое иначе смотрю. Ценю то, что имею. Вот еду в автобусе или на остановке стою, замечаю, что люди ругаются из-за пустяков. Их расстраивают какие-то элементарные вещи, – отмечает Руслан. Он не удивляется, не осуждает, но позволять себе такого не намерен.

О своей службе в органах говорит с затаённой любовью:

– Много всего было, можно книгу написать. Основная задача патрульно-постовой службы – раскрыть преступление по горячим следам. Я жил этой работой с утра до вечера. Иногда сутками не приходил домой. Это был постоянный риск. Ведь никогда не знаешь, что принесёт очередной день. Приезжаешь по вызову на семейный скандал, а там уже поножовщина. Рассказать вам какой-то конкретный случай?

Ну вот, например, в Бёрдах вызвала соседка: супруги в частном доме напротив уже чуть ли не за ножи взялись. Мы приехали с напарником. Стали, как обычно, разбираться, кто прав, кто виноват. Обратили внимание, что во дворе собака крутится на крышке погреба и лает. Спустились – всё, как обычно: соленья, варенья стоят. На полу только маленький кусочек извёстки. Но собака всё не унимается. В итоге дело кончилось тем, что мы сутки провели там. Оказалось, хозяин дома зарезал собутыльника, замотал его в ковёр и закопал, засыпав сверху извёсткой и ещё одним слоем земли. Тяжело было всё это раскапывать, доставать. Это тоже словами не опишешь, – отмечает Руслан.

Про себя говорит, что веру в людей не утратил ни тогда, ни на передовой.

– Как в детстве я старался видеть в любом человеке хорошее, так и сейчас, – говорит он.

И когда слушаешь его рассказ о службе в тылу или на фронте, обращаешь внимание на то, как дорожит он братством. Причём везде и во всём.

– Один раз на улице Новой патруль поехал по вызову. Драка была в подъезде. В итоге молодёжь напала на полицейских. Мы бросились к ним на подкрепление. Вместе справились. Ведь как бывает: на вызов приезжает два-три полицейских, а хулиганов там 15 – 20 человек. И всегда те, кто рядом, приезжают на подмогу, будь то ведомственная охрана, ДПС или наши же пэпээсники.

В этих словах Руслана многое кроется. Вот и свой фронтовой донбасский альбом он бережёт, в нём фотографии друзей, иначе говоря, братьев.

– Те, кто остался в живых, приезжают в гости. Пишут, звонят. Недавно был Виталя, в свой отпуск ко мне рванул. Мы с ним в разных взводах были, но в одной роте, – добавляет Руслан.

С недавних пор он участник Оренбургского районного отделения ветеранов «Боевое братство». Недавно сделал для волонтёров посёлка имени Ленина станки для плетения. Особенные, необычного размера.

– Много уже икон на фронт отправил товарищам. Они просят – я делаю. Нас батюшка на передовой как учил: Бог один, имена только разные. Потому я делаю и православные иконы, и мусульманские религиозные изделия с надписями из Корана.

Увидеть время

Время удивительно, оно то растягивается, и кажется, что не двигаются стрелки совсем, а то летит быстрее ветра. Руслан признаётся, что за два года предпринимательства толком не было времени, чтобы съездить куда-то с семьёй. Старшей дочери Амине уже 15 лет, младшей Сабине – 10. Между ними 14-летний Саят.

– Летом обязательно съездим с семьёй на Чёрное море, – говорит отец.

Много работы, много планов, целей. Даже мечта есть – построить деревянный дом собственными руками. Для этого же тишина в душе нужна, которую ещё накопить надо за мирной и спокойной работой.



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top