Без УКашки ты букашка?

Квартиры в этом доме, по сути, представляют собой комнаты по 20 – 30 квадратных метров.

В Орске около трёх десятков многоквартирных домов зависли в воздухе — не обслуживаются ни одной из существующих в городе управляющих компаний. Вылупляются такие бесхозные дома, как правило, из бывших общежитий.

Калинка-малинка

И история у всех как под копирку: накопили долгов, УК отказалась их обслуживать, способ управления домом не выбран. Жильцы делятся на две категории. Одни ведут асоциальный образ жизни и им плевать. Другие, благополучные, становятся заложниками ситуации. Они вынуждены жить в грязи и смраде, каждый день проходить через осквернённые подъезды и лестницы, а любые аварии и поломки в доме устранять за свой счёт. В таком положении оказались и люди из дома № 5 по улице Спортивной.

— Ты моя лапочка, ты моя крошечка! — Наталья Файман везёт из садика на саночках маленькую внучку, ласково приговаривая. Солнце светит по-весеннему ярко. И по-весеннему приятен воздух тут, в посёлке Вокзальном, далёком от орских заводов, расположенных за Уралом, в Новом городе.

При входе в дом бабушку и внучку ждёт испытание — темень и отвратительный запах в подъезде. Почти год первый этаж этого многоквартирного дома был оккупирован бомжами. С ними никто ничего не мог сделать. И это при том, что в доме находится опорный пункт полиции! Бродяги заходили сюда, притаскивали диваны с помоек, ели, пили, испражнялись, пользуясь тем, что почти все квартиры на первом этаже без жильцов. Кто-то переехал в другой город, кто-то умер. Да ещё управляющая организация, ЖКС-3, прекратила обслуживать дом в апреле прошлого года из-за долгов. Некому было наладить подъездную дверь, вот здание и превратилось в проходной двор.

— Мы еле-еле собрали денег и установили железную входную дверь, чтобы бомжи не смогли пройти. Разбитые окна на первом этаже заколотили досками. Вынесли на мусорку два мешка тряпья, всё обработали хлоркой, — говорит Наталья Митрофановна. Я живу в этом доме шесть лет. Вы приходите вечером, когда дома будут соседи-старожилы, они расскажут вам больше. А сейчас все на работе.

Вечером и правда второй этаж оживился. В отличие от первого, где тьма хоть глаз выколи, здесь горят лампочки. Жильцы повыходили из комнат, встали в кружок вокруг меня, словно на детском утреннике. Лишь Елена Корж устало присела на полированную тумбочку возле стены. Сначала только молчала и потирала колено, как делают люди с больными суставами. Потом разговорилась.

— Я живу здесь уже двадцать лет, комнату мне дали по социальному найму, от организации, где работала. Раньше это было общежитие, относилось к железной дороге. Чистенькое, хорошее. Комендант, две уборщицы, по одной на каждом этаже. В 1998 году здание передали городу. А пять лет назад комнаты разрешили приватизировать. Некоторые приватизировали, я — нет. Но квитанции получаю и почему-то указано в них, что я — собственник.

С улицы дом представляет собой длинное двухэтажное здание Т-образной формы с подъездом посередине. На первом этаже также есть отдельный вход в продуктовый магазин. С правого торца находится офис детского оздоровительного лагеря «Лесная сказка» — так гласит табличка. То, что составляет ножку буквы Т, по словам жильцов, арендовали или выкупили какие-то мужчина и женщина. Это крыло в хорошем состоянии, в нём никогда не жили — там были пекарня и столовая.

Квартиры в этом доме, по сути, представляют собой комнаты по 20 — 30 квадратных метров. Туалеты общие, по одному на этаже. На первом мужской, на втором женский. Однако за зиму бомжи так изуродовали туалет внизу, что туда уже никто не ходит. Есть ещё общий душ. Его закрывают на ключ. Когда кому-то из жильцов надо помыться, дверь отпирают.

— Нам, знаете, что обидно, — продолжает Елена Васильевна, снова потирая колено, — чувствуется, у неё был длинный и трудный день. — Нам обидно, что в ЖКС нас называют вандалами. Будто мы сами тут всё разрушаем. А мы не разрушаем. У нас вот раньше комната была, прачечная, и там стояла чугунная ванна. Так её два раза бомжи на скупку выносили и два раза я её из скупки назад забирала вместе с полицией. Просила в управляющей компании закрепить эту ванну, чтобы не воровали. А они ответили: есть у вас мужчины, пусть и закрепляют. А у нас тут в основном женщины и ребятишки.

В шести комнатах на втором этаже проживают семьи с детьми. В некоторых детей по двое. Об их присутствии свидетельствуют машинки и самокаты, аккуратно «припаркованные» у дверей. Когда у Елены Васильевны звонит телефон и играет «Калинка-малинка», откуда-то из-за двери детские голоса подхватывают: «…в саду ягода-малинка калинка моя!»

Про долги и должников

В проблемный дом разбираться с ситуацией приехал глава Орска Андрей Одинцов. Его сопровождали коммунальщики. Они ненавязчиво убеждали главу, что все проблемы этого дома от жильцов и их долгов. И отчасти эти доводы были справедливы.

— Сумма задолженности за содержание жилья в доме более полумиллиона рублей. Это при том, что плата по данной графе составляет всего 180 — 200 рублей с одной квартиры. Сколько же нужно было не платить? Это ещё не считая воду, электроэнергию… — говорит мастер управляющей компании «Реформа ЖКК» (правопреемницы ЖКС-3) Кристина Крестовникова.

Коммунальщиков можно понять: кому нужен такой сложный объект? Проще не заключать с домом новый договор — с глаз долой, из сердца вон. Но как быть с теми, кто платит? Например, с Натальей Файман, её внучкой? Или Розиёй Имельпаевой и её двумя детьми? С Альбиной Абсалямовой и её двумя ребятишками? Разве должны они идти на заклание вместе с теми, кто задолжал? Ведь они работают, тянутся. Купили здесь квартиры за материнский капитал. Только в таком доме и смогли приобрести жильё по 270 – 300 тысяч рублей за комнату. Можно сказать: сами виноваты, не видели, что ли, куда въезжали? Но не уважать их — значит не уважать государство, которое даёт на приобретение жилья 408 тысяч рублей.

Большая часть прозвучавшего недавно Президентского послания была об этом — о поддержке семей с детьми. А ещё он говорил: «В жизни может случиться всё: и потеря работы, и тяжёлая болезнь. И в этой ситуации загонять взявшего кредит человека в тупик – последнее дело». И хотя здесь речь шла о должниках, взявших кредит, мне кажется, можно отнести эти слова и к людям, накопившим долги перед коммунальными организациями в силу тяжёлых жизненных обстоятельств.  

— Я своей вины не отрицаю, у меня долг 17 тысяч, я не отказываюсь, — говорит Елена Корж. — Выплачиваю его потихоньку, как могу. Был период, не платила, сама виновата. Ухаживала за больной свекровью, денег не было.

Кстати, с долгами тоже нужно разбираться. Прежняя УК перестала существовать, новая от дома отказалась. Но квитанции с суммами начислений как приходили, так и приходят.

— Это долговая база плюс пеня, — поясняет Кристина Андреевна. — Мы запутались с этими УКашками, — говорят жильцы. — Нам кажется, они просто шлют, чтобы хоть кто-то что-то платил. А сведения у них там неверные. Кому-то приходят квитанции за капремонт, хотя он не собственник, а наниматель. Кому-то за общедомовые нужды выставляют нереальные суммы.

Действительно, в управляющей компании до сих пор разбираются, сколько в доме приватизированных квартир, а сколько муниципальных. Сколько помещений, не имеющих статус жилых.

— Начните с себя, наведите порядок в сведениях, сколько квартир, какие не используются, почему не платят, муниципальные через суд можно вернуть городу, предоставить людям, которые действительно нуждаются, — подвёл итог глава города Андрей Одинцов. Также он обратился к подрядной организации: — Вам придётся навести тут порядок — в подъезде, местах общего пользования. Не должно быть протекания канализации, водопровода. Если на первом этаже крыло нежилое, перекройте его. В прошлом году мы сто проблемных домов завели под управляющие компании, определим и этот. 

Сказка о бревне, которого в своём глазу не видно

А ещё жильцы дома № 5 по улице Спортивной говорят, что уже долгое время в офисе детского лагеря, что расположен с торца дома, и днём и ночью горит свет. Видимо, его просто забыли выключить. Это действительно так. Я вышла на улицу и увидела в окнах свет. Рольставни подняты, в офисе никого нет, свет горит. 

Лампы дневного света могут работать месяцами. Кто будет оплачивать эти киловатты? Не посчитают ли их как общедомовые расходы, не раскидают ли «по среднему» на те квартиры, где нет счётчика?

Я позвонила в «Лесную сказку», чтобы сообщить о недоразумении. Чтобы поехали, выключили электричество. Там ответили:

— Мы год назад отказались от этого помещения и никакого отношения к нему не имеем. Оно принадлежит комитету по управлению имуществом администрации города, там и спрашивайте. А у нас и акт приёма-передачи есть.

Как говорится, без комментариев.

Татьяна Гузеева

Орск

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: