Только за два месяца команда «Братского сердца» передала бойцам больше 40 тонн гумгруза и 7 автомобилей. 24 марта они – тремя экипажами – вновь выдвигаются в зону боевых действий, чтобы передать помощь.
Команда неудержимых
Илья Сапрыкин на фронте потерял руку, но это не мешает ему вести машину с гуманитаркой, причём, экономя время, он не делает остановок, пока не преодолеет 1500 километров.
Роман Филатов (на главном фото) совсем недавно сутками оперировал в Луганском полевом госпитале. Известный в зоне СВО хирург «Кохер» по состоянию здоровья год назад вернулся домой и теперь спасает пацанов так. Ерлану Умбиталину под Херсоном осколком разорвало сетчатку глаза. Позади пять операций и прежняя жизнь, впереди очередной выезд в зону СВО. Как обычно, он будет за рулём одного из автомобилей.
В штабе «Братского сердца» сейчас все методично готовятся к очередному выезду. Утром планёрка, а затем кто чинит привезённые с фронта беспилотники, кто едет в автосалон, чтобы решить вопрос с подготовкой машины для отправки на фронт. Дело есть у всех.
За полгода образовалась крепкая команда, к которой примкнули опытные волонтёры. Штаб – главная планета, а его спутник – команда женщин, плетущих сети, маскировочные костюмы.
Роман говорит, что бывает в помещении на Челюскинцев редко, пару раз в месяц, при погрузке помощи.
– У нас Людмила Николаевна там главная. Своё дело знает, – говорит он.
Наша газета уже писала, что Людмила Дорофеева с первых дней СВО в строю, и вряд ли кто в Оренбурге из больших волонтёрских объединений с ней не знаком.
Ну а сам Роман стал другом редакции пять лет назад. Правда, мы дважды не публиковали материалы о нём. Первый раз весной 2022 года, когда Роман, на тот момент ещё «Фермер», приехал домой в отпуск с лёгкой контузией и воспалением лёгких. С шунтами в сердце, забракованный медкомиссией военкомата, он в составе ЧВК попал на фронт санинструктором. Выносил ребят с поля боя, спасая раненых.
В той неопубликованной статье были его слова: «Не знаю, сколько Бог мне позволит, но пока я планирую быть на Донбассе. Раньше осени сам не вернусь».
Не вернулся Роман той осенью и следующей тоже. Он выжил и поменял позывной. «Фермер» перестал существовать после второго контракта. Позывной «Кохер», что значит кровеостанавливающий зажим, стал его второй кожей.
Второе не вышедшее интервью «Кохер» дал в 2024-м. Так же потом попросил не публиковать. «Всё хорошо, верно, но слишком лично», – объяснил он своё решение. И вот два года спустя новая встреча.
– Кто я теперь? – переспрашивает Роман. – Руководитель АНО Медико-социальный центр «Братское сердце», «Кохер».
Он не говорит, что если бы мог, то остался бы там и по-прежнему оперировал без перерыва, запивая усталость энергетиками. Это и так ясно. Просто называет диагноз, не позволивший продлить контракт. Четыре года войны выжгли здоровье, но и теперь «Кохер» не намерен беречься.
– Когда приехал домой, пошёл на кладбище. То, что увидел, меня огорчило. Стал заниматься благоустройством. Появилась идея создать организацию, которая взяла бы на себя уход за воинскими захоронениями, стала помогать ветеранам СВО. Так родилось «Братское сердце».
Скоро вот «Плюсик» придёт, займу его работой в музее. Он почти мальчишка ещё, чуть больше двадцати. Мы познакомились в госпитале, когда я его оперировал. Сейчас снова рвётся на передовую, а ему нельзя.
Роман проводит в комнату, где чинят дроны. Сейчас здесь за работой Ерлан Умбиталин. Его позывной – «Каскыр», что означает на казахском «Волк».
– Делаю репитер на связь, – поясняет он. Очень скупо рассказывает о себе. Ушёл воевать по мобилизации. До этого по специальности трудился на Севере, в своё время окончил в ОГУ «Прикладную информатику». Работать на прежнем месте не может, медкомиссия не пропускает.
– Осколок в глаз попал. Пять операций позади, – спокойно говорит Ерлан.
– В фонд пришёл случайно, остался же по сердцу. Прихожу сюда каждый день. Недавно из Курска вернулись, я одну из машин с гумпомощью вёл.
Ерлан говорит ровно, буднично: в десять предложений уместит всю судьбу, в которой сиротство, срочная служба, работа на разных вахтах Дальнего Севера, СВО.
– У меня нет своей семьи. В свободное время езжу к родным – дяде и тёте, – поясняет «Каскыр».
Чуть позже приехал в штаб Дмитрий Гаврилов, как раз отвечающий за реанимирование дронов.
– Более ста уже отремонтировали и передали ребятам на передовую, – говорит он. Дмитрий вместе с Романом руководит фондом. Трудится в ДОСААФ, где возглавляет отдел беспилотных летательных аппаратов.
С первых дней СВО сам себя вызвал в строй гумвойск. Ездил в Донбасс раньше то один, то с другими командами волонтёров. Так или иначе, Дмитрий всё своё время посвящает помощи фронту.
«Кто воевал, в стороне оставаться не может»
На короткое время появляется в штабе Илья Сапрыкин. У него нет левой руки, потерял во время штурма, но энергии помогать хватит на целый взвод.
– Мне что механика, что автомат, я 1500 километров без остановок проезжаю, когда везу груз ребятам. Часто бывает, приеду, разгружусь и, пока остальные из команды гуманитарку развозят, возвращаюсь в Оренбург, загружаюсь и еду обратно к ним, – рассказывает он.
На груди у Ильи медаль «За отвагу». Недавно он участвовал в программе для ветеранов СВО и выиграл грант на производство мульчированной щепы.
– Но сейчас я пока ничем, кроме гумпомощи, не занимаюсь, а вообще планирую запустить производство, чтобы были средства у фонда помогать дальше. Один бензин чего стоит, – мотает головой Илья. У него трое детей, крепкая семья. Уходил добровольцем.
– Всех поставил перед фактом, не мог не уйти, – лаконично объясняет, как попал на фронт, добавив: – Кто воевал, потом не может в стороне оставаться.
В главной комнате штаба потихоньку собираются все. Напротив Романа садится удивительно похожий на него паренёк, награждённый орденом Мужества, медалью «За отвагу». Сын. После двух контрактов «Кохер» уехал «за ленточку» не один. С младшим Даней. В начале 2024-го его тяжело ранило под Авдеевкой. Роман в это время находился в отпуске дома. В тот день в госпиталь приехали 20 человек, чтобы узнать о состоянии его сына. В Оренбурге же молились за «Фила» многие, а отчаяннее других отец.
Когда он уходил на СВО, младшая дочь Полина ещё не ходила школу. Теперь заканчивает четвёртый класс. И для неё, как и для всех, кого коснулась война, жизнь разделилась на до и после.
В 2021 году Роман Филатов, отец четверых детей, фермер, каждый день доил своих коров и коз, чтобы поить детей парным молоком. У него с женой Викторией было огромное хозяйство, на продажу они делали сыры, от качотты до камамбера, пекли печенье для кофеен Оренбурга и Орска. Сейчас же вокруг супругов Филатовых бойцы: кто без рук, ног, кто без глаза, но с отзывчивой и отважной душой. Роман про них говорит: «Мои мальчики». А Виктория старается просто быть рядом. Поддерживать мужа и сына. 24 марта она вновь проводит их в очередной гуманитарный конвой, который даже близко нельзя назвать безопасным.
– 90 процентов помощи везём землякам, – подчёркивает Роман. У него на груди ряд орденов и медалей, но ему кажутся дороже те три ящика, которые скромно стоят в музее. В них бережно уложены пакетики с осколками, переданными из Луганского военно-полевого госпиталя. Каждый из них подписан. Например, «Митин, 1999 год, правое предплечье, август 2024».
Были дни, когда на стол к «Кохеру» попадало до 150 бойцов!.. И работал «Злой Доктор» по-доброму. Склонившись над раной в своей смешной шапочке с «Симпсонами», извлекал пластик, железо. Отгонял смерть от своих мальчиков… как и сейчас.
Справка «О»
Помочь фонду может каждый, сделав перевод на номер 8-953-839-43-13, Сбербанк, ПСБ. Обязательно указать в сообщении: «Добровольное пожертвование».
Фото Полины Кузаевой
