Свадьба будет?

В руках у Марины Агафья Тихоновна и Подколёсин выглядят так, будто женитьба всё-таки состоялась

Начало нового театрального сезона в Оренбургском муниципальном театре кукол «Пьеро» ознаменовано премьерой спектакля «Женитьба» по Гоголю.

Взрослая классика на сцене театра кукол – это всегда интересно. Вот и «Женитьба» взбудоражила театральную общественность города. Говорят о магии гоголевского текста, серьёзных актёрских прорывах, волшебной сценографии и необыкновенных куклах.

Мы решили об этом поговорить с главным художником театра «Пьеро» Мариной Яриловой.

– Марина, как в репертуаре вашего театра появилась «Женитьба»?

– На самом деле должна была появиться «Барышня-кре­стьянка» Пушкина. Мы собира­лись поставить её с режиссёром из Санкт-Петербурга Павлом Овсянниковым к 220-летию поэта. Но Павел был очень занят, поэтому к юбилею мы восстано­вили «Руслана и Людмилу». А на деньги, выделенные по програм­ме «Культура малой родины», решили поставить «Женитьбу».

Дело в том, что мы с Борисычем (Александр Борисович Ярилов – художественный руководитель театра «Пьеро». – Прим. авт.) 30 лет назад, незадолго до ухода из областного театра кукол, по­ставили эту пьесу там. Но спек­такль жил недолго. И с нашим уходом сошёл на нет. За эти годы я пересмотрела все «Женитьбы», которые появлялись на самых разных сценах: с Игорем Косто­левским в театре Маяковского и с Инной Чуриковой в Ленкоме. И все эти 30 лет меня очень огорчало увиденное. Каждый артист был сам по себе хорош, а история выходила непонятно про что. Хотелось реабилитиро­вать это произведение. И у Бо­рисыча это была одна из первых пьес, с которой он по-крупному столкнулся как режиссёр. Ещё в институте они делали отрывки по «Женитьбе».

На протяжении всех этих лет у нас возникало: «А давай поставим «Женитьбу»!» Да денег таких не было. А тут и деньги появились, и артисты. В общем, звёзды сошлись. Кроме того, хотелось взять пьесу, кото­рая подняла бы труппу, попол­нившуюся новыми артистами, на другой уровень.

– А чем тебе не нравились «Женитьбы» известных рос­сийских театров?

– Да тем, что они были про женитьбу. А ведь пьеса не об этом. А о том, что судьба даёт тебе то, о чём мечтаешь, а ты не берёшь. Это о каждом из нас. О нашей нерешительности пе­ред переменами. У нас в спек­такле звучит и тема веры. На сцене две иконы: с одной сторо­ны – Казанская Божия Матерь, с другой — Николай-угодник. Это воспроизведённые мною копии с семейных икон, которые я везде за собой вожу. Их при­сутствие означает, что есть тот, кто тебя ведёт по жизни. И если что-то не получается, значит, в какой-то момент тебе не хватает веры. Наш спектакль – мечта маленького человека о том, что что-то изменит его жизнь.

– У вас в спектакле необык­новенные куклы. Настолько живые, что одним кажется, будто они меняют выражение лица, а другие думают, что это актёры меняют кукол. Как это у вас получилось?

– Здесь замешан Юрий Нор­штейн, художник, за которым я хотела бы плыть всю жизнь. Он работает «почеркушками», ма­териализуя образ множеством набросков. Вот и я для этого спектакля впервые в жизни от­казалась от эскизов. А делала «почеркушки», словно создавая персонажей из воздуха. Мне казалось, если я сделаю капи­тальный эскиз, персонаж будет как на постаменте – бронзовое изваяние. И как актёр будет ра­ботать с этим «изваянием»?

Эта недоговорённость и лёгкость образов дали артистам свободу для импровизации. Они до сих пор импровизируют, сочиняют. У них нет такого – сели на об­раз и поехали. Потому и шквал аплодисментов в финале, и ак­тёры по несколько раз выходят на поклон. Кстати, когда они выходят на поклон, зрители изумляются: где вы набрали двухметровых актёров? А они нормального роста, просто куколки маленькие. В том-то и суть спектакля – акцент не на то, что может актёр, а на то, что может кукла.

– Какая самая большая трудность была в работе над пьесой?

– «Женитьба» – это простая история, но рассказанная для сегодняшнего времени очень непростым языком. Борисыча терзали сомнения: будут ли зри­тели XXI века слушать текст, на­писанный в XIX веке, да ещё из уст куклы? Вернее, как надолго их хватит? Даже был настроен, что в антракте будут уходить. Ведь первое действие идёт час, что нехарактерно для театра ку­кол. Но никто не уходит. Зрите­ли слушают текст Гоголя затаив дыхание. И именно из уст кукол. Ведь кукла такое многомерное существо.

– Чувствуется твоё очень личностное отношение к этой постановке.

– Так и есть. Наша «Же­нитьба» – внутренний взгляд на себя и на тех, кто рядом со мной. И если уж совсем от­кровенно: «Женитьба» – очень тихая, без аффектации история обо мне, человеке, который всю жизнь будет мечтать и видеть цветные сны.

– Год театра богат для «Пьеро» на события: гастроли, фестивали, премьеры…

– Действительно, год пло­дотворный. Мы побывали на международном фестивале «КукАRТ» в Питере, приняли участие в «Рязанских смотри­нах» – одном из самых пре­стижных форумов, существу­ющих уже 30 лет. Выступили на международном фестивале театров кукол «Золотое колеч­ко» во Владимире.

В отличие от Рязани, где мы частые гости, во Владимире театр «Пьеро» по­бывал впервые. И очень удачно! Наша постановка «Уважаемые граждане!» по Михаилу Зо­щенко была признана лучшим спектаклем фестиваля.

Кроме того, мы участвовали в двух больших театральных семина­рах – в Нижнем Новгороде и Набережных Челнах. В октябре, выступив на международном фестивале «Шомбай-fest-2019» в Казани, привезли награду «За лучшую сценографию» опять же за «Уважаемых граждан». По программе «Большие гастроли» съездили в этом году в Улья­новск. В следующем планируем обменные гастроли в Вологду.

– Если не секрет, какая пьеса овладела сейчас вашими умами?

– «Буря» Шекспира. Ни боль­ше ни меньше.

Наталия Веркашанцева

Фото автора и из архива театра «Пьеро»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: