В Оренбурге писатели из разных регионов России поговорили о том, как переводить поэзию с национальных языков, не теряя её звучания и образов.
Можно точно перевести слова – и потерять стихотворение. А можно сохранить его дыхание, ритм и музыку, но отойти от буквального смысла. Где проходит эта тонкая граница, говорили участники межрегионального круглого стола «Где мысль и мастерское падение звуков…», который прошёл 28 сентября в областной универсальной научной библиотеке имени Крупской.
Название встречи отсылает к письму Сергея Аксакова редактору «Вестника Европы» о переводе «Федры» Жана-Батиста Расина. Ещё два столетия назад писатель размышлял о том, что важно не только передать мысль, но и сохранить звучание стиха. Для поэзии это особенно существенно: ритм, рифма, интонация и образ могут оказаться не менее значимыми, чем отдельное слово.
Ведущим разговора стал председатель Оренбургского регионального отделения Союза писателей России Иван Ерпылёв. Опираясь на собственный опыт переводов с эрзянского и якутского языков, он рассказал о соотношении точности и художественной полноценности.
– Буквальное следование подстрочному переводу не всегда сохраняет связи и образы оригинала, а чрезмерная свобода может привести к появлению уже другого стихотворения. Задача переводчика – не заслонить национального поэта собой, а открыть его имя русскоязычному читателю, – отметил Иван Ерпылёв.
О своём опыте рассказал поэт Дмитрий Таганов, пишущий на эрзянском языке. Он сам готовит подстрочники своих стихотворений, а затем их переводят на русский язык. Первым переводчиком стал Евгений Семичев, позднее с произведениями Таганова работали и другие авторы, в том числе Иван Ерпылёв.
– Мой опыт показал, насколько важно в подстрочнике передать не только смысл стихотворения, но и помочь переводчику почувствовать его особенности. Особенно когда речь идёт о языках, сильно отличающихся друг от друга, – подчеркнул Дмитрий Анатольевич.
Необычный опыт работы сразу на двух языках представил оренбургский писатель Владимир Петров, чуваш по национальности. Одно и то же стихотворение у него может сначала появиться на русском или чувашском – всё зависит от настроения.
– Я этнический чуваш, но с первого класса учился в русской школе и много лет писал стихи, рассказы и поэмы только на русском языке. Позже возникла потребность переводить на русский произведения чувашских поэтов, и я сам стал делать подстрочники. А потом начал пробовать писать и на чувашском и переводить собственные стихи на русский. Если пишу на чувашском, сам делаю подстрочник и затем перевожу на русский. Чувашский язык я знаю в основном разговорный, поэтому иногда приходится обращаться к словарю, но мне важно самому пройти этот путь от одного языка к другому, – пояснил Владимир Иванович.
О практической стороне переводческой работы говорила и Татьяна Филиппова – поэт, прозаик, преподаватель Литературного института имени А. М. Горького. Уроженка Орска, внучка поэтессы Татьяны Белозёровой, она представила видеопрезентацию о конкретных вопросах перевода и основных ошибках, которые возникают в этой работе.
Разговор вышел за пределы техники перевода. Участники обсуждали и голос переводчика: насколько заметным может быть его собственный стиль и как сохранить индивидуальность разных авторов, чтобы в русских переводах они не начинали звучать одинаково.
К разговору присоединились писатели из разных регионов страны: народный поэт Якутии, председатель Союза писателей Якутии Наталья Харлампьева, председатель Карельского регионального отделения Союза писателей России Елена Пиетиляйнен, председатель Союза писателей Республики Мордовия Татьяна Швецова, директор Алтайского регионального отделения Союза писателей России Солли Ефимова, председатель Хакасского регионального отделения Союза писателей России Наталья Ахпашева. Они поделились опытом работы с национальной литературой и историей переводов.
Отдел краеведения дополнил встречу выставкой «Художественные переводы в творчестве оренбургских писателей», где была представлена литература из фондов отдела литературы на иностранных языках.
Участники встречи не ставили целью выработать единую теорию перевода. Скорее, его участники пытались понять, какие решения принимает переводчик, когда перед ним живой поэтический текст на другом языке. Ведь хороший перевод – это не просто путь от одного набора слов к другому, а попытка провести стихотворение через границу языков так, чтобы оно не потеряло своего голоса.
Фото: ООУНБ им. Н.К. Крупской
