fbpx

Нам ещё уроки делать!

Насколько родители должны быть вовлечены в учебный процесс.

Педагоги и психологи ещё лет 10 – 15 назад говорили так: уроки, учёба – это ответственность самого школьника, развитие его самостоятельности, участие родителей возможно, но лишь ситуативно и дозированно. Теперь, похоже, изменился сам подход, и родителям приходится всё активнее погружаться в школьную жизнь ребёнка. Одни этому рады, другие – не очень.

Если кто-то кое-где у нас порой

«У меня внук – второклассник. И теперь вся наша семья осваивает программу второго класса. Мы его ещё и к репети­тору возим. Я сам учился в своё время неплохо, институт окон­чил, но задания внука порой не понимаю. И я не один такой, многие родители стонут!» – с такой проблемой на прямую линию с министром образо­вания Оренбургской области обратился житель Новотроицка Виталий Степанович. Алексей Пахомов тогда уточнил номер школы и обещал разобраться адресно.

– Вариантов, почему маль­чик испытывает трудности, мо­жет быть много, – сказал тогда министр. – Образовательную программу каждая школа раз­рабатывает самостоятельно. Нужно понять, что именно не так в программе. Большой ли объём домашних заданий или недостаточно ясное объяснение на уроке.

Увы, вопрос участия ро­дителей в учебном процессе вышел за рамки частного слу­чая, он не внутришкольный и даже не региональный.

Иначе как объяснить овации зала и многочисленные перепосты выступления комика Алек­сея Щербакова: «Мне 30 лет, а я каждый день делаю уроки. Звонят из школы и спрашива­ют: «Почему ваш ребёнок так плохо учится? Вы что, с ним дома совсем не занимаетесь?» А у меня к вам тот же вопрос. Вы – школа! Нет? Я же, забирая его из школы, не спрашиваю, почему у него уши не мыты, по­чему он не подстрижен, дырка на штанах».

– Да-да, видела этот ролик, – улыбается Надежда Мироненко, учитель начальных классов шко­лы № 65 Оренбурга. – Ну, а если серьёзно, есть у нас, учителей, обида на некоторых родителей, это правда. Если только учитель старается слепить из ученика личность, результат будет более скромным, чем когда родитель заинтересован и тоже прини­мает участие. Учитель много за­даёт, чтобы ученик развивался. А если предоставить его самому себе или телефону, получим деградацию. К сожалению, мы видим немало семей, в которых родители занимают отстранён­ную позицию, перепоручая вос­питание ребёнка школе, а то и вовсе гаджетам.

Не мои проблемы?

И до пандемии родители ворчали, что их, уставших после работы, слишком втягивают в учебный процесс. Во время дис­танта тяжесть учительского бре­мени ощутили на собственной шкуре. Однако дистант позади, сейчас дети учатся очно. Впро­чем, часть уроков по-прежнему ведётся дистанционно, а то и вовсе отдаётся на самостоятель­ное изучение, то есть изучение с родителями.

«Папа, нам сегодня столько задали!» – «Отойди от меня!» – «Но я ничего не понимаю в этом задании!» – «Я тоже». (Фрагмент из ролика.)

– Родители, заинтересо­ванные в развитии ребёнка, обязательно интересуются его школьной жизнью и помогают с уроками, по крайней мере пока тот в начальных клас­сах. Дальше зависит от само­го ученика. Один сам учится, без понуканий, а на д другим надо стоять. Но брать на себя функции учителя родитель не должен, – размышляет предсе­датель родительского комитета Оренбурга Игорь Астахов. – А бывает, в классе чего-то не успе­ли – разберёте дома. Или так: программа сложная, учитель материал объяснил – полкласса не поняли.

Раньше в таких слу­чаях они оставались после уро­ков и им учитель объяснял до­полнительно, а теперь это ста­новится проблемой родителей. Увы, современные программы, по которым учатся наши дети, восторга не вызывают. Иной раз взрослый человек недоуме­вает над заданием, с которым, по идее, должен был справиться ребёнок. По вечерам в чатах родители спрашивают друг у друга, как выполнять то или это.

Татьяна Старостина 13 лет проработала проректором в Оренбургском государственном педагогическом университете, её педагогический стаж – 33 года.

– В своё время, когда работа­ла в школе, говорила родителям так: «Вы проверьте, чтобы ребё­нок выполнил домашнее зада­ние, а как именно он выполнил, проверять буду я», – вспоминает Татьяна Борисовна. – Лично я не хочу, чтобы родители участво­вали в выполнении домашнего задания. Если ребёнок задание понял, ему ничья помощь не нужна, он справляется сам.

Почему задание непонятно – отдельный вопрос. Раньше в школе давали знания, умения и навыки. Потом перестрои­лись на западную модель, на компетентностный подход, проблемное, развивающее об­учение. Но этажи можно над­страивать только тогда, когда заложен надёжный фундамент. А если ребёнок не понимает базы, а ему дают усложнённое или творческое задание, он это воспринимает просто как непо­сильную нагрузку.

Родительский падеж

Татьяна Борисовна делится впечатлением от общения с од­ной из третьеклассниц:

– Попросила её назвать па­дежи. Она с тала перечислять их в разнобой: пред ложный, дательный, именительный… Ро­дительный падеж родительским обозвала! О чём это говорит? О том, что нет у ребёнка базы, си­стемы. Раньше каждое задание по русскому языку начиналось со слова «спишите», а теперь больше «выберите», «подчер­кните», «обведите». Дети пишут медленно. А русскому языку можно научить только через письмо. И это общая тенденция. Дети не приучены работать. Даже чтобы ребёнок вытер до­ску, нужно согласие родителей. Не говоря об уборке класса. А если ты многое умеешь, то лю­бое дело становится простым.

По мнению Татьяны Бори­совны, сейчас школа не столько учит, сколько контролирует. И это передёргивание её функций шло медленно, но верно от вне­дрения формата тестирования вместо экзамена.

– Учителя сегодня бесконеч­но отвлекают от его непосред­ственной работы, – продолжает она. – Он должен выполнять массу не свойственных ему дел, даже собственную учебную про­грамму составлять! Зачем, если ты работаешь в государствен­ной образовательной органи­зации, если существуют ФГОС и авторские программы? Вот и происходит перераспределение функций, родители чувствуют, что на них вдруг легла учебная нагрузка, а учитель как будто только контролирует. И для родителей это стресс. Они на­чинают тревожиться, чтобы их ребёнок не оказался хуже дру­гих, и подключается тяжёлая артиллерия: папа у Васи силён в математике.

Между тем нор­мально, когда ученик спокойно воспринимает и двойку и пятёр­ку, лишь бы точно знал, за что! А в обществе сейчас установка на внешнюю, количественную успешность. Помню, приходит ко мне одна родительница с вопросом, почему у сына пош­ли тройки. Я уточняю, что ей важнее – знания или пятёрки? Она прямо отвечает – пятёрки. А мне пятёрок не жалко. Я про­веряю его работу, подчёркиваю ошибки красным, ставлю пятёр­ку и дописываю: «По просьбе мамы».

Кстати, замечаю такую тенденцию: если раньше роди­тель шёл разговаривать с педа­гогом, то теперь идёт прямо к директору, более того, требует, чтобы директор прямо при нём вызвал учителя и с делал ему выволочку.

Все хотят как лучше

Вместе с комическим роли­ком гуляет по Сети и некая запи­ска, эдакий крик родительской души: «Дорогой учитель, задача родителя – обеспечивать ребён­ка, задача учителя – научить. И не надо перекладывать свои обязанности на родителей. Мы вообще-то работаем!» Позиция спорная, полемика развернулась и в группе оренбургского роди­тельского комитета:

«Дорогие родители, вы что, не слышали, что по новой школьной программе дети изу­чают предметы самостоятельно! А учителя только направляют».

«На дистанционке (и не толь­ко) часто слышу: разберёте но­вую тему дома. Школа контро­лирует больше, чем учит! P. S. А мы, действительно, ещё и работаем!»

«Родители, которые плохо учились в школе, обвиняют учи­телей за своих нерадивых детей. А родители, которые хорошо учились в школе, отлично по­нимают, что ребёнка надо вос­питывать и контролировать вы­полнение домашнего задания. Ребёнок учится тому, что видит он в своем дому!»

«Похоже, что многие учителя перекладывают свои обязанно­сти на родителей из-за обиды за свою маленькую зарплату».

Увы, уставший после работы родитель, слишком долго делая вместе с ребёнком уроки, от­пускает в адрес учителя, школы и всей системы образования такие комментарии, которые, конечно, не работают ни на укрепление авторитета педаго­га, ни на мотивацию к учёбе у ребёнка. А так как обе стороны желают детям только лучшего, всё-таки придётся договари­ваться.

Ирина Якиманская, доцент кафедры клинической психологии и психотерапии ОрГМУ, кандидат психологических наук:

– Когда ещё до пандемии меня спрашивали об отношении к семейному обучению, я говорила, что родители не могут полноценно заменить учителя, так как ни в конкретном предмете, ни в педагогике в целом они не компетентны. Противоречия между семьёй и школой были всегда, но сейчас они обострились. Мне эта ситуация напоминает развод, когда каждый из супругов, словно горячую картошку, перебрасывает друг другу ответственность за ребёнка, а он – меж двух огней. Не построена система партнёрства.

Не обозначена роль родителей в представлениях учителя. Не согласованы ожидания. Родители уверены, что их функции ограничены одним набором задач, а учителя видят этот набор совсем иначе. Дистант оказался травмирующей ситуацией и для тех и для других, так как это новая нагрузка, которую пришлось перераспределять, приспосабливаться. Видела как-то тетрадь одной ученицы. Классная работа – одним почерком, а домашняя – другим.

Почему? А бабушка не доверяет внучке даже в чистовик переписать, сама пишет за неё. Помощь родителя должна быть, но в меру. Если она недостаточна, ребёнок чувствует себя брошенным, а если избыточна – это уже нарушение его границ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top