Поддай газу

Да, газомоторное топливо выгодно, но, по мнению УФАС, это рынок свободной, нерегулируемой цены. Фото Валерия Гунькова

Ценовой парадокс – газомоторное топливо в Оренбуржье самое дорогое, потому что у нас… мало газа.

Мнение, что оренбуржцы должны жить как в Арабских Эмиратах, устойчиво уже лет двадцать. Обывательская логика проста и неумолима. Мы живём на колоссальном запасе углеводородов, у нас под боком промышленный газоперерабатывающий гигант, а нам от этого только порча экологии сероводородными выхлопами. Но когда в период стабильного роста стоимости топлива выяснилось, что в регионе и цены самые высокие, стало совсем обидно.

Дёшево и экологично

Команда предыдущего гу­бернатора прилагала много уси­лий, чтобы рынок газомоторного топлива в регионе расширить. Презентации с демонстрациями преимущества голубого топлива происходили буквально в Доме Советов и на его крыльце. Газ экологически чище. Белая фут­болка, пять лет назад поднесён­ная чиновником к выхлопной трубе работающего автомобиля, осталась чистой. Работа, надо отдать должное, была проделана большая и увенчалась успехом. Оренбургская область в числе лидеров по количеству заправоч­ных станций и пользователей газомоторного топлива.

Главное преимущество – газ намного де­шевле бензина. Установив на авто газовое оборудование, можно было значительно экономить рас­ходы. Переоборудование сначала шло тяжко, поскольку автомо­билистов смущало отсутствие инфраструктуры, находящейся в шаговой доступности. Но с ро­стом количества заправок росло и количество автомобилей, рабо­тающих на газе. Автопарки боль­ших предприятий, фермерских хозяйств, пассажирский транс­порт с удовольствием экономили на топливе, что помогало раз­вивать бизнес, стабилизировать цены.

Вслед за юридическими лицами стали подтягиваться и физические. Всё чаще автовла­дельцы устанавливали оборудо­вание на свои авто, и эта процеду­ра окупалась. Впрочем, процент бензиновых двигателей всё равно значительно больше. Видимо, по­этому растущие цены на бензин обсуждают все, а галопирующие цены на газ до сих пор ни разу не стали фактором социального напряжения. Впрочем, вероятно, мы многого просто не знаем. На­пример, до сих пор не обращали внимания на то, что повышение тарифа за проезд в обществен­ном транспорте до 24 рублей было связано именно с ростом цен на газомоторное топливо. Большинство перевозчиков ведь заправляются газом. И цены на него продолжают расти.

На бирже, а не на транспортном плече

Оренбуржцам только кажется, что газ – это наши недра. Ценовая политика формируется исключи­тельно в столичных кабинетах. Последние несколько лет весь топливный рынок перешёл на биржевую торговлю. Система до­говоров между производителями и розничными поставщиками себя почти полностью изжила. А на биржевые цены влияет сразу несколько факторов, так что пред­сказать, как будет формироваться цена за тонну топлив а, могут только узкие специалисты.

Но с газом последнее время что-то не так. В 2018 году по указанию Департамента № 614 ПАО «Газ­пром» оптовая продажа газомо­торного топлива пропан-бутан технический сильно подросла в цене. В марте 2018 года Газпром отпускал топливо за 12 450 ты­сяч рублей за тонну, а в августе цена уже была ровно в два раза выше.

Надо понимать ещё, что это была отпускная цена для ООО «Газпром газэнергосеть Санкт- Петербург». Эта организация и выставляет лоты на электронную биржу для розничных покупате­лей. Санкт-петербургская пло­щадка для Оренбургской области продавала газ совсем за другие деньги. В августе цена доходила до 40 тысяч за тонну. Одним из крупнейших покупателей газомо­торного топлива в розницу на тер­ритории нашей области является АО «Оренгаз», у которого больше десятка заправочных станций.

– Каждый день мы участвуем в биржевых торгах. И цена зависит не только от стартовой, но ещё и от объёма, который продавец предлагает региону. Если объём газа маленький, а покупателей много, цена начинает расти. В Оренбургской области неплохо развит этот рынок, достаточное количество и покупателей, и заправочных станций, так что спрос стабильный, – объяснил директор АО «Оренгаз» Алексей Хрычёв. – Если цена на бензин по­следнее время показывает только рост, то цена на газ колеблется и может упасть. Мы участвуем в закупках уже два года. До этого заключали прямые договоры с производителями. Но и тогда цена колебалась. Как правило, осенью она резко начинала расти. Могла подняться в два раза за месяц. Нам объясняли, что газа мало, что заводы уходят на про­филактический ремонт. Сейчас сезонный фактор стал меньше. Зато появился геополитический.

И крылатые качели начинают свой разбег

Цены действительно скачут. В том же 2018 году в январе тонна топлива стоила 15 200 рублей, а в марте – 12 450. То есть снизи­лась. К сожалению, только для того, чтобы в августе подняться. Розничные покупатели стараются держать свои цены пропорцио­нально. То есть если в течение месяца оптовая стоимость сни­жается, то на заправках она тоже падает. И наоборот. Алексей Хры­чёв рассказывает:

– Когда все обратили внимание на то, что у нас в регионе самое дорогое газомоторное топливо, стали искать виноватых. Начали

 в нас тыкать биржевыми ценами, мол, это мы делаем накрутку. Взяли показатели в тот момент, когда на бирже цена упала, а у нас осталась на прежнем уровне. Толь­ко почему-то никто не удосужился посмотреть цены в динамике по месяцам. Никто не подумал, что мы три месяца работали в минус и брали кредиты, чтобы людям зар­плату дать. Потому что у нас цена осталась прежняя, а закупочная резко выросла.

Негодование директора по­нятно. С экономикой бензино­вой розницы примерно такая же картина. Потребителю, который каждый день отдаёт свои кровные на заправках, не объяснишь пра­вила биржевой торговли и боль­шие геополитические процессы. Большинству кажется, что вино­ваты те, кто на заправках цену устанавливает. И если массовое возмущение граждан – покупа­телей бензина вызвало ответную реакцию со стороны российского правительства, то с газом всё не так.

За формированием цены на бензин следят тщательно разные контролирующие органы. В слу­чае больших скачков курса валют госкорпорациям возмещают потери из российского бюдже­та. За продажей газомоторного топлива не следят так тщатель­но. И качели могут быть весьма парадоксальными.

Например, на востоке области газ дешевле аж на 4 тысячи рублей за тонну. Потому что там другой постав­щик. Компания «Форте-Инвест» Михаила Гуцериева работает на договорной основе. Но у них газ – это мизер в производственном процессе. То, что идёт попутно с переработкой нефти. И если кто- то из центрального Оренбуржья захочет покупать газ подешевле у «Форте-Инвеста», у него про­сто не получится. Востоку само­му мало.

В других регионах на цену влияет присутствие разных поставщиков. Есть Роснефть, «Сибур», другие компании. Но у них тоже небольшие объёмы, и нам их никто не продаст. Для нас определяющим фактором остаётся цена большого Газпрома и объёмы, которые биржа пред­лагает в регион.

Что ещё могло бы стабилизировать цены?

Резервуар как элеватор

Несколько месяцев назад в Доме Советов состоялось сове­щание, на котором члены регио­нального правительства, рознич­ные поставщики и федеральные чиновники пытались понять, почему и на бензин в Оренбуржье цена выше средней по России.

Оказалось, что нет у нас нефте­баз. Раньше были, а теперь нет. Их за отсутствием рентабельно­сти новые собственники просто выключили из схемы своей ин­фраструктуры. Места для сбора и накопления сырья нужны для резервирования и регулирования цен. Как раз на случай резких ко­лебаний. Для зерна есть элевато­ры, и там размещают стратегиче­ский интервенционный запас. На случай неурожая. А для топлива в советской системе были нефте­базы.

Теперь технологический процесс изменился, как и правила экономической игры. Производи­телю невыгодно содержать запас. А есть ли экономические ресурсы у регионов для того, чтобы содер­жать топливные резервуары ради стабилизации стоимости? Вряд ли. Кажется, такой практики нет ни в одном регионе.

В любом случае, парадокс высоких цен на бензин и газомо­торное топливо в Оренбургской области стал слишком замет­ным. Его невозможно решить на уровне хозяйствующих субъ­ектов. Владельцы автопарков и заправок самостоятельно точно не договорятся с поставщиками и биржей. Может ли решиться этот вопрос на уровне регионального правительства? Это покажет бли­жайшее будущее.

В Оренбурге газомоторное топливо стоит в среднем на 20% дороже, чем у соседей. И даже на 1,5 рубля дороже, чем в Москве. В сентябре 2019 года в Челябинске литр газа стоил 17,37 рубля, а в Оренбурге – 22,9 рубля, в Самаре – 18,2, в Башкирии – от 19,2 рубля.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to top

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: