$ 66.97 € 76.17 18 Декабрь 2018, 18:34

«Прошу принять в ряды Ленинского комсомола…»

О том, что когда-то писали такое заявление, совсем скоро, 29 октября, вспомнят миллионы людей, живущих ныне в разных государствах
12.10.2018, 12:33
Африканская молодёжь на бугурусланской земле.
Фото: Архив Александра Маляренко

Есть к этому повод: 100 лет назад в СССР был создан Союз, позже получивший название Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодёжи (ВЛКСМ).

О том, чем жила молодёжь в 60 – 70-е годы прошлого века, мы побеседовали с Александром Маляренко, активным общественником, бывшим сотрудником Бугурусланского горкома ВЛКСМ.

 

«Прожектором» по лодырям

– Я уроженец села Яковлевка Асеке­евского района. В начале 60-х он входил в состав Бугурусланского. Приехали мы вступать в комсомол в Бугуруслан. Серьёзные, взволнованные. С нами провели собеседование. Помню, Петьку Фа­деева спросили, как он учится. Говорит, хорошо. А это враньё чистой воды. Мы промолчали, а потом ему такую выво­лочку устроили! Да ещё разбирали не­достойное поведение на комсомольском собрании. И делали это искренне, без подсказки и указания.

После школы я поступил в сельско­хозяйственный техникум и там активно занимался общественной работой. По­том была служба в армии – на самой Камчатке! Наш призыв был первым двухгодичным – до этого служили три года. В 1969-м готовились к столетию Ленина. Меня наградили грамотой командующе­го Краснознамённым Дальневосточным военным округом за сданный на «отлич­но» Ленинский зачёт. Помимо грамоты дали отпуск.

Уволившись в запас, стал работать в бугурусланском ПТУ-3 мастером производственного обучения, затем препо­давателем. Жизнь в комсомольской организации била ключом. Помню, занимался выпуском «Комсомольского прожектора».

Крепко доставалось тем, кто плохо учился, пропускал занятия, от­лынивал от общественной работы. У све­жих выпусков стенгазеты с шаржами, са­тирическими виршами всегда толпились ребята, смеялись над «именинниками». И, могу сказать, эта критика достигала цели – никто не хотел засветиться в лучах «Прожектора».

 

«За туманом и за запахом тайги…»

– Александр Евгеньевич, каковы были комсомольцы – ваши ровесники?

– В 1973 году, как раз в день рожде­ния комсомола, я пришёл на работу в организационный отдел Бугурусланского горкома ВЛКСМ. Сначала был инструк­тором, потом завотделом. В городской организации (туда входил и район) было порядка 15,5 тысячи комсомольцев. Не буду лукавить, утверждая, что все достойно несли это звание. В каждой ор­ганизации (а они были на всех предпри­ятиях, во всех учреждениях, колхозах) имелось ядро активистов и… балласт. Не случайно в 1975-м по решению съезда ВЛКСМ провели кампанию по обмену комсомольских билетов. Тогда очисти­лись от многих фактически утративших связь с комсомолом.

В середине 70-х у молодёжи было стремление находиться в гуще событий, быть на передовой в производстве, эко­номике. По комсомольским путёвкам уезжали на всесоюзные стройки. И бу­гурусланцы не отставали: строили БАМ – Байкало-Амурскую железнодорожную магистраль, Киембаевский асбестовый комбинат на востоке области, были на многих других стройках. И нам было чем заняться. Тогда получили развитие комсомольские трудовые вахты, бри­гады, звенья. Я курировал «село», и мы вплотную занимались этим. В совхозе имени Фурманова звено Толи Фомина пошло на суточную вахту. Скосили на свал пшеницу, кажется, на 230 гекта­рах. Им грамоты, вымпелы, звёздочки нарисовали на комбайнах. Ну ты, Вера Георгиевна, тогда школьницей работала на уборке, помнишь ведь?

– Конечно. И наше комсомольско-молодёжное звено в Елатомке, колхоз «Красное знамя», не уступало, только работали мы на обмолоте. И тоже, бывало, уходили в ночь, пока роса не падала на валки и не сдавался барабан молотилки.

– Как же, передовое звено Владимира Войтенко. Он, кстати, был членом и гор­кома, и обкома ВЛКСМ, награждён орде­ном Трудовой Славы двух степеней. Я не раз бывал у вас в поле, тоже вымпелы вру­чал. И таких коллективов, где молодёжь добивалась значительных результатов в труде, было сотни полторы: на заводе «Радиатор», в НГДУ «Бугурусланнефть», на швейной, мебельной фабриках, в транспортных организациях, колхозах и совхозах. И ведь соревновались с азар­том, следили, кто впереди, старались добиться большего.

– И всё же, будем откровенны, уже тогда формализм, как ржавчина, начал разъедать комсомол.

– Это правда. На первое место стали выходить пресловутые контрольные цифры, всевозможные отчёты – о при­нятых в комсомол, о рекомендованных для вступления в партию, о тех же молодёжных звеньях. Надо было постоянно добиваться роста по всем показателям. Конечно, это приводило к отпискам, правильно оформленные бумаги подчас были важнее реальных дел. Но всё же на моей памяти (а я завершил работу в комсомоле в начале 1979 года) комсомол был реальной силой, отличной школой жизни для молодёжи.

 

Крокодилы в Большом Кинеле

– Александр Евгеньевич, расскажи­те о визите африканцев в Бугуруслан.

– Это был 1977 год. К нам приеха­ли студенты Высшей комсомольской школы при ЦК ВЛКСМ из разных госу­дарств Африки: Конго, Зимбабве, ЮАР, Нигерии. Мне было поручено их сопровождать. С интересом знакомились с производством на «Радиаторе», побы­вали в лётном училище.

– И у нас были в Елатомке. Пообща­лись с нами, школьниками. Катались на велосипедах, корову пробовали подоить…

– Вот, а я как раз там не был – случился форс-мажор. Собрались ехать, а одного гостя нет… Перепугались: шутка ли, иностранец пропал! Стали искать. Нам подсказали, что видели негра на стадио­не. Я бегом туда. Там футбольный матч, болельщики с нашим гостем около пив­ного ларька. Ну, а где пиво, там и водка. Само собой, тосты за дружбу народов. Смотрю, парня уже развезло. Говорю: «Мужики, имейте совесть!» Вытащил его – и в гостиницу. Пришлось остаться с ним, охранять.

А в лётном училище, помню, уговори­ли начальника Василия Яковлевича Рузо­ва прокатить их на самолёте. Управлял он сам. Садятся в Ан-2, один не умещается. Рузов его на место пилота-инструктора посадил. Когда приземлились, парень чуть не колесом ходил, кулаком в грудь себя бил, мол, я лётчик! В общем, гости из Африки остались довольны поездкой по Советскому Союзу и знакомством с глубинкой.

– А ещё была какая-то история при отъезде.

– Была. Провожаем мы их. Привез­ли на вокзал. А поезда тогда частенько опаздывали. Вот и этот, на Москву, задер­жался на несколько часов. Чем же занять гостей? День был жаркий. Поехали на Кинель к трубному мосту, решили скоро­тать время, покатать их на лодке. Ну, они в неё прыгают, один промахнулся и уго­дил в воду. Как они испугались, кричат: «Крокодил! Крокодил!» Еле успокоили, мол, у нас их отродясь не было. В общем, и смех и грех.

– Да, есть что вспомнить. А в целом что дала вам работа в комсомоле?

– Умение понимать и оценивать людей, убеждать. Позже мне довелось работать и в горкоме, и в обкоме партии, и председателем исполкома райсовета в Асекееве, и на педагогическом поприще, где и сейчас работаю, – везде пригоди­лись навыки общения с людьми, опыт организации разных дел, приобретённые в комсомоле. Рад, что в моей жизни был такой интересный период.

 

Вера Кабанова

Бугуруслан

Новости
все новости