$ 66.72 € 75.69 11 Декабрь 2018, 03:07

Почему не закрываются двери

18.10.2018, 09:15
«Когда я окончил медресе, то думал, что знаю всё. А когда приехал в Тукай, понял, что не знаю ничего. У людей возникают такие вопросы, что иногда даже муфтии не могут найти ответа».
Фото: Олег Рукавицын

Не так давно в селе Тукай Александровского района появилась мечеть. Сейчас это местный духовный центр.

В старинное татарское село на служение и постоянное место жительства прибыл выпускник оренбургского медресе «Хусаи­ния» Салават хазрат Габзалилов.

Его община состоит в основ­ном из пожилого населения. Молодёжь в мечеть не спешит – все заняты своими делами, хозяйством, семьёй.

– Когда я только приехал, в мечеть ходили два-три человека. Сейчас больше полусотни, – на­чинает свой рассказ Салават хаз­рат. – Детей собираем в летний лагерь на десять дней, где они получают религиозные знания и отдыхают. После окончания сме­ны организовываем для ребят какую-нибудь познавательную поездку. Например, в прошлом году мы ездили в село Муста­фино Шарлыкского района, на родину Мусы Джалиля.

Также при мечети действуют курсы для взрослых, где они изучают историю ислама и мо­литвенные правила.

Татарский народ по своей сути религиозен. Но те знания, которые были у наших бабушек и дедушек из советского време­ни, недостаточны и не всегда верные. После наших занятий меняются взрослые, по-другому смотрят на них дети. Напри­мер, как отец и мать пять раз в день совершают намаз. Сначала пробуждается любопытство. А потом они усваивают это. Взрослые ещё и объясняют им, что, зачем и почему.

Ислам сейчас хотят очер­нить, показывают мусульман террористами и убийцами. На самом деле ислам – это религия, где убийство и всё, что при­чиняет вред другому человеку, запрещено. Когда начинаешь разъяснять, многие впервые об этом слышат. Но потом понима­ют, соглашаются.

Главной задачей Салават хазрат, как священнослужитель, считает напоминание татарам об их истории, чтобы они знали, откуда появились, какие имеют культурные ценности и как это связано с исламом.

В селе особенно сильно про­являются крепкие общинные связи. Вот почему в Тукае так спокойно. Жители даже двери не закрывают, потому что зна­ют, никто не зайдёт и ничего не украдёт. После открытия мечети тукайцы отмечают, что стало меньше пьющих.

Порой люди приходят в ме­четь с вопросами, на которые иногда сложно дать ответ. На­пример, как-то одна женщина спросила, можно ли ей самой за­резать курицу? Муж умер, дети уехали в город.

Салават хазрат не знал, что ответить. Дело в том, что в Коране об этом не написано. Да он и не знал весь Коран так, как его знают учё­ные. Тогда позвонил муфтию. Тот ответил: «В Коране это не запрещается и не разрешается. Но является для женщины не­желательным. Лучше попросить кого-то из соседей-мужчин. Но от безвыходности можно заре­зать курицу и самой женщине. Греха не будет».

Или вот ещё. Приходят верующие и говорят: «Кладбище находится за мо­стом. А умершего через мост переносить нельзя. Как быть?» Снова Салават хазрат открыва­ет книгу, советуется с муфтием и выясняет, что запрета на это нет. Такой ответ и даёт людям. Похороны проходят как обычно.

Но больше вопросов возни­кает к прихожанам, потому что религию они представляют так, как им донесли их бабушки и дедушки. Среди них были едини­цы, кто хорошо понимал ислам. Из-за этого возникало и возника­ет непонимание.

Салават хазрат задаёт такие вопросы, чтобы услышать что-то и от прихожан. Иногда беседа проходит в виде викторины, кто-то знает больше, кто-то меньше. Пробуждается интерес к Священному писанию, идёт мыслительный процесс.

Религиозная жизнь посте­пенно оказывает своё благо­творное влияние на сознание людей. Одна из обязанностей мусульманина – совершить хадж. Пока из Тукая никто в Мекке не был.

– Посещение Мекки для нас, россиян, дорогое удовольствие, – объясняет Салават хазрат. – У каждого свои сложности: здо­ровье, денежный вопрос. Если нет того или другого, то совер­шать хадж не обязательно. Если всё в наличии, нужно ехать. Сам я в будущем тоже постараюсь поехать с семьёй.

Есть, правда, специальные фонды, которые помогают со­вершать хадж почти бесплатно. В Оренбурге у меня был друг. Он просто подал заявку, её рассмо­трели и предоставили путёвку – за него заплатил некий благо­творитель.

Пути в Мекку существуют самые разные. Кто-то на мото­цикле отправляется, кто-то пеш­ком. Не так давно один пожилой дагестанец доехал до Мекки на велосипеде за четыре месяца. Местный шейх уговаривал про­дать велосипед в его частный музей, обещал отправить домой на личном самолёте и дать в придачу миллион. Тот дедушка отказался.

Это уровень веры челове­ка. Не для славы и денег он проделал такой путь в Мекку. Не для музея рисковал жизнью. Раньше, кстати, те, кто уходил в хадж, прощались с родными, потому что понимали, оттуда могут уже не вернуться.

Я считаю так. Если у чело­века есть искреннее желание попасть в Мекку, надо что-то для этого сделать самому, при­ложить усилия. Поселить в серд­це любовь к Всевышнему, а он укажет путь.

Инна Ломанцова

 

 

«Когда я окончил медресе, то думал, что знаю всё. А когда приехал в Тукай, понял, что не знаю ничего. У людей возникают такие вопросы, что иногда даже муфтии не могут найти ответа».

Новости
все новости