Люди земли

За окном метёт, и снег уютно постукивает в окно. У горожанина проблемы: как машину отчистить да из-за пробки на работу не опоздать, по привычке ругает ЖКХ.

А в селе лежат снега на все четыре стороны. Кто-то надева­ет валенки и полушубок, чтобы выйти во двор с лопатой, ну, а где-нибудь в Светлинском райо­не просто ждут, пока не стихнет. Пропадёшь ведь запросто, заблудившись на дальней улице. Стихия.

Сельская зима кажется не­много уютной, но только в сказ­ках да баснях. Мол, лежи на печи да в ус не дуй. Ага. Только вот коровник с навозом никто не отменял. И дойку. И птицу накормить, сходить за водой. А ведь у некоторых колонка ещё во дворе… Снег опять же.

Ну что, всё переделал? Теперь можно и… на работу. «Належишься» за день так, что «выключает» к вечеру напрочь. Без разных стихов и рефлексии.

Хотя почему-то именно сей­час я вспоминаю нагретый, как кабина трактора, летний пол­день и пшеницу, комбайнеров и водителей, так стесняющихся фотоаппарата. (Сколько раз я бегал за ними по полям, а они скрывались от меня, как парти­заны!) И простая еда на полевом стане из многоэтажных жестя­нок термосов. Самая вкусная.

Мне вспоминаются добрые глаза телятницы и гордый профиль скотника на ферме в Ташлин­ском районе. Людей земли в нормальном, не официально-правительственном, смысле этих слов. Они настоящие. Без бутафории, фальшивой гордо­сти с советских плакатов.

И ещё мне кажется, что человек, рабо­тающий на земле, не может быть злым. Строгим – да, но не злым.

Всё меняется, кроме девушек в кокошниках с караваем хлеба в руках, тем, что с обязательной солонкой наверху. Появляется новая техника, и в салоне современного комбайна я лично видел кондиционер.

Но без людей всё это прекрасное железо не имеет смысла. Без тех самых людей, что терпят, когда перегревается металл и электроника. Тех, что рискуют в нашей зоне риско­ванного земледелия.

Я вижу их, иногда каждую неделю. Скром­ных героев, о которых нужно рассказывать.

Людей земли.

Олег Рукавицын

Scroll to top